Измена. Шаг в пропасть (СИ)

– Вам по накладной тоже все отгрузили. В понедельник с плановой проверкой пожарная инспекция приедет.

- Ну, жизнь кипит.

- Как всегда, - улыбнулся Михаил.

- Пап, пойдем курочек кормить, - потянул его за рукав Илья.

- Да, конечно, пойдем, - кивнул отец.

- Давайте, кормите курочек, а я пойду отдохну с дороги, - поделилась планами Вика.

- Конечно, отдыхай, - кивнул муж и поцеловал супругу в щеку.

Да, здесь, на этой ферме, в уединении с природой и своей семьей, Вика чувствовала себя безоговорочно счастливой, а как могло быть иначе, рядом с любимым, любящим, и что немаловажно, надежным мужчиной, что оказался еще и отличным отцом?

Так, срываясь в пропасть и испытывая дикий, животный страх проститься со своей жизнью, Вика и подумать не могла, что обретет новую, ту, в которой, наконец, познает, что на самом деле, значит быть за мужем и исполнит самую свою сокровенную мечту – стать мамой. Да, определенно ее новая жизнь была в миллионы раз лучше и настоящей той, предыдущей, картонной, фальшивой…, и цена в полет с обрыва казалась ничтожно низкой за все то, что Вика сумела по итогу обрести. И сейчас она прыгнула бы вновь, только бы иметь то, что имеет.

Она с улыбкой проводила мужа с сыном к курятнику и направилась к дому, чтобы устроиться на мягком диванчике с видом на сад. И что могло быть лучше?

Михаил шагал к курятнику со своим маленьким, но таким деловым наследником, зная, что в самое ближайшее время, его любимая жена подарит ему красавицу-дочку. И что могло быть лучше? Для человека, что в какой-то момент полагал, что закончит свои дни в полном одиночестве посреди дремучего леса, а его останки сглодают бродячие хищники, все то, что происходило сейчас, казалось чем-то на грани яви и сказки. И Михаил ценил каждую секунду, что он проживал. Здесь и сейчас. Рядом со своей семьей. И ни одно материальное благо не могло сравниться с той ценностью, какой он сейчас обладал. И все, что ему оставалось - молиться, чтобы этот маленький рай на земле продлился еще не один десяток лет, поскольку больше ничего не имело смысла или какой-либо ценности."