Перешагнуть пропасть

Как там у нас, все готово?

– Да, уже все настроено, – ответила девушка, – запускать?

– Конечно, – подтвердил свое распоряжение профессор и сам подошёл к консоли управления.

После чего проверив введенные параметры, внес какие-то известные только ему одному поправки и вернулся обратно.

– Что вы сделали? – задала вопрос ему по нейросети Силиция.

– Для этого случая необходим особый алгоритм контроля прохождения циклических проверок, правда он сработает, если мое предположение верно, – также по нейросети ответил ей профессор.

Пока они переговаривались, к нему подошёл один из вошедших с ним кандидатов, капитан Этор, и спросил:

– Может, вы все-таки объясните, в чем тут дело.

– Если я прав, то у вашего парня большие проблемы. Вернее даже не так. Я очень удивлен, что он еще жив.

– Вы давно его знаете? – вдруг переключился на совершенно сторонний вопрос Арош.

– Меньше суток, – ответил ему капитан, – мы познакомились только у вас в центре вербовки.

– А вы? – обратился профессор к Триго.

– А поточнее? – попросил вспомнить охотника Арош.

– Три дня, – что-то подсчитав в уме, ответил Триго.

– Все равно мало, непонятно, – пробормотал Арош и повернулся к своим сотрудникам, которые всей толпой сейчас стояли у единственного ложемента и что-то там рассматривали.

– Знаете, – решил объяснить он свои действия стоящим рядом с ним людям и Силиции, – это было во время войны с ахами. Вы про них не знаете, – обратился он уже только к Этору и Триго, – но поверьте, это была одна из самых губительных войн для нашего Содружества, которая чуть не уничтожила нас как расу и единое государство. Начало военных действий наша разведка прозевала, и мы оказались не готовы к такому масштабному, массированному и неожиданному вторжению, что совершили противники. Их подготовка и военное превосходство были неоспоримо лучше, чем у нас. И основным преимуществом, которое выделяло архов, это были их пилоты, как малых, так и средних кораблей. Мало того что они были сильнее, быстрее, собраннее, проворнее. Их реакция была запредельной, по сравнению с пилотами наших кораблей. И, кроме того, как оказалось, они спокойно могли управлять как своей, так и нашей техникой. Чего принципиально не могли делать наши пилоты. Формат работы наших нейросетей не совпадал, но архи каким-то образом обошли это ограничение. В первые годы войны мы сдали огромнейшие территории противнику, а сами отступали и отступали вглубь Содружества. Неудивительно, что в один из дней от командования в наш научный отдел поступила директива выяснить интеллектуальный уровень среднестатистического пилота противника, чтобы оценить их возможности при будущих боестолкновениях. Но для подобного исследования не было ни одного подходящего материала.