Пропала, или Как влюбить в себя жену (СИ)

- Не злишься? - осторожно интересуюсь я, как только ложусь в постель.

- Нет, - как ни в чем не бывало отвечает Глеб, ложась рядом.

- Глеб? - ласково произношу я, потянувшись рукой к его лицу.

- Нет.

- Что нет?

- Ты не пойдешь в понедельник ни на какие курсы. Это не обсуждается, Соня. И мне совершенно все равно, что этот самый кондитер приезжает раз в пять лет. Через год, если так уж припрет, сами слетаем в Париж и посетишь, что хочешь. Сейчас – нет, - категорично заявляет Глеб.

- Я не понимаю почему? Я чувствую себя хорошо. Да и там всего десять дней по несколько часов в день. Ну, пожалуйста.

- Нет.

- Спокойной ночи, - обиженно произношу я, натягивая на себя одеяло и переворачиваюсь на бок.

Не могу назвать себя эмоциональной истеричкой. Я не позволяла себе того, что творят многие беременные. Более того, я стала добрее и спокойнее. Перестала бояться многих вещей. И нет, это не отсутствие инстинкта самосохранения, просто я перестала все усложнять. Чему быть – тому не миновать. И вот сейчас, кажется, впервые за последнее время мне хочется расплакаться. Почему-то обидно. Так обидно, что слезы все же неконтролируемо начинают стекать на подушку. Только бы не шмыгать носом. Думаю, дело не в повышенной эмоциональности из-за беременности, просто мне реально очень сильно хочется попасть на эти курсы. Записалась за полгода до предстоящего мероприятия. Всего пятнадцать человек. Я успела стать пятнадцатой. Да вот только не стану.

Если бы еще несколько лет назад мне сказали, что я буду плакать из-за того, что не попадаю на кондитерские курсы, я бы зашлась от смеха в истерическом припадке. Я плачу из-за кулинарных курсов! Три года назад я плакала из-за того, что приходилось готовить и не получалось не спалить готовое слоеное тесто, а сейчас из-за того, что мне не дают готовить и посещать курсы. Ну ведь какой-то бред! Где-то Боженька надо мной пошутил. Сама не знаю как так получилось. Но создавать собственными руками мини-шедевры – это что-то ни с чем несравнимое. Верины пирожки, конечно, хороши, но это не творческий полет. Там скорее достаточно набить руку. В кондитирке все по-другому. За два года я, конечно, многому научилась, но этого недостаточно, просто потому что на свете столько уникальных десертов, что не хватит целой жизни. И секретов, о которых далеко не все распространяются. А я хочу их знать. Очень хочу. И когда-нибудь создать свой уникальный десерт. Не выдерживаю и начинаю шмыгать носом.

- Сонь, ну хватит.

Крепко зажмуриваю глаза, но тут же открываю их, когда Глеб включает свет. Не поворачиваюсь, но почему-то улыбаюсь, несмотря на мокрые щеки.

- Ну ты чего? - шепчет мне на ухо, обняв рукой живот. - Обещаю, что через год я привезу тебе этого кондитера и предоставлю в личное рабство, - усмехаюсь в ответ, но не поворачиваюсь.