Проникновение

Лекарство быстро восстановит меня…

И откатом пришел приступ. Я закашлялась, задохнулась.

— Дышите, Оливия, — Максимилиан прижал к моим губам ингалятор. Я покосилась на него, но не стала ничего спрашивать. Не время… потом выясню, что он имел в виду, говоря о Сверре.

Кивнула благодарно.

— Просто перенервничала, — извинилась я. — Уже все в порядке. Что происходит?

— Похоже на поминки, — угрюмо ответил Юргас. — Я-то думал, ильхи будут праздновать.

— Хёгг — это местный тотемный зверь, — тихо сказала я, шагая к шатрам. — А значит, его смерть — грустное событие для племени.

— Вы его увидели?

— Я плохо рассмотрела, — уклончиво ответила я. — Но попытаюсь описать все в подробностях.

Мы остановились на краю поселения, к огню нас не пустили. Угрюмый ильх бескомпромиссно указал на шатры. Похоже, гостеприимство варваров закончилось.

Я заползла в свое жилище, отыскала в темноте рюкзак, достал крошечный фонарик. В его свете воспользовалась горшком в углу, а потом сунула в рот протеиновый батончик, торопливо разжевала. Вколотое лекарство подействовало, усталости я больше не чувствовала. Доев, прошла к выходу, выглянула… и тут же меня втолкнули обратно.

— Ир ших! — сердито велел здоровый ильх.

— Ясно, — пробормотала я. — Сижу тут. Сижу и не двигаюсь. Чудесно.

Сунув в рот еще один батончик, я растянулась на шкуре. Неужели скоро домой? Кажется, что на фьордах я провела год, а не несколько дней. И не верится, что когда-нибудь я войду в свою квартиру, приму ванну с пеной, заварю кофе… Никаких шкур, шатии, крови… Сверра.

Сердце ударилось о ребра и застучало заполошно, истово. Да что со мной? Неужели меня огорчает расставание с золотоглазым ильхом?

Где-то в скалах раздался жуткий рев-рык, и я скатилась со своей постели, вскочила. Что это? Тот зверь? Или другой? И что я видела там, в зыбком мареве?

Волоски на спине встали дыбом, как и тогда, когда я стояла у жертвенного столба. Я сжала в ладони диктофон с нажатой кнопкой записи. Застыла. Я не знала, что говорить. То, что мне почудилось, было слишком непонятным. Или… невероятным? Прикрыла глаза, снова и снова прокручивая в голове образы.

И медленно отложила выключенный диктофон. Я просто не могла об этом рассказать.

* * *— Лив, просыпайся! — меня дернули за руку, и я вскинулась, моргая. Тормошил меня Клин. — Вставай! Профессор…

— Максимилиан? Что с ним?!

Я выбралась из шкур, мельком порадовалась, что уснула прямо в комбинезоне. Похоже, я просто вырубилась, слишком измученная этим невероятным днем. Прикрыла рукой зевок и схватила свой рюкзак.

— Он без сознания, Лив! Кажется… дело плохо.

— Что ему вкололи? — я лихорадочно вспоминала медикаменты в своей аптечке, пока Клин перечислял.