Промышленникъ

Вообще, за последние дни горделивая улыбка была частым гостем на ее лице: зависть одних подруг-соседок, внимание других, жадное любопытство третьих давали ей немало поводов для хорошего настроения. А что еще надо скромной пожилой помещице? Ничего. Ну, разве что еще и с внуками понянчиться?.. Вот только молодежь все не торопится ее радовать – ни дочь, ни сын (а никем другим она его и не считала, причем давно). Правда, от себя кандидатуры на роль княгини Агреневой она предлагать уже и не пыталась – в тех кругах, где ныне вращается ее Сашенька, выбор несравненно лучше, нежели в небольшом уезде не самой обширной Рязанской губернии. Но это ведь не означало, что можно было тянуть с таким важным вопросом?! Мужчина слагается из мужа и чина, и если второе Александру явно было без надобности, то первого так же явно и не хватало.

Татьяна Львовна едва удержала умиленный вздох при виде того, как ее мальчик аккуратно промокнул губы салфеткой и отодвинулся от стола, начисто проигнорировав как бокал с неплохим вином, так и графинчик с водкой. Одна кровь и лицо со своим отцом, вот только старый князь и не подумал бы вставать из-за стола, пока на нем была хоть капля спиртного. Царствие небесное покойничку, ибо сын взял от него только самые лучшие черты!

Поймав на себе удивленные взгляды компаньонки и племянника, хозяйка имения обнаружила, что, погруженная в мысли, совершенно машинально наложила на себя крест.

– Не обращайте внимания, вспомнила кое-кого. Дела, так сказать, минувших дней…

Тем более что нашлись дела и дней нынешних, причем Татьяна Львовна вспомнила о них очень даже кстати: Саша сыт, в столовой комнате все свои – самое время прояснить одну непонятную ситуацию.

– Александр, скажи-ка мне как на духу – тебе не знаком купец первой гильдии Козьма Алексеевич Зворыкин?

Спрашивая, помещица буквально впилась глазами в лицо племянника. И увидела легкое удивление, перешедшее в задумчивость.

– Вот так сразу не скажу, тетя. С московским, да и прочим купечеством в основном работает господин Сонин – вы же помните, я представлял его? Сам же я лично знаком только с дюжиной самых крупных, среди которых поименованной вами личности нет. А что у вас за интерес?

– У меня-то к нему нет, а вот у него – очень даже. Помнишь, я рассказывала про наглого приказчика, осмелившегося намекать мне на какие-то там неприятности?

– Ну как же, как же! Я еще тогда решил, что ежели подобное только повторится, принять самые решительные меры, даже и вплоть до судебной части.

Подозрительности во взгляде тетушки заметно поубавилось, но все же не до конца.

– Когда я вернулась от тебя, так примерно через месяц ко мне пожаловал сам Козьма Алексеевич. Вполне приятный господин, как оказалось. Сильно извинялся за получившееся недоразумение.