Промышленникъ

Ну а за ними обязательно и Франция потянется. Господин Попов, так кому из наших добрых и верных союзников вы более всего симпатизируете?

– Ваше сиятельство!

Поняв, что отмолчаться не получится, бывший преподаватель физики в Минном офицерском классе вернул косой взгляд бывшему же начальнику крепостного военного телеграфа в Кронштадте. Что он, что Троицкий, полностью оставили свои прежние занятия и должности ради самой возможности без малейших помех заниматься чистой наукой. Если ему не удастся умилостивить разгневанного работодателя… то единственное, чем можно будет утешиться, так это мыслью, что вернуться к педагогической деятельности ему не составит особого труда. А вот капитану, похоже, нет нужды думать, как восстановиться на действительной службе.

– Даю слово чести – более подобного никогда не повторится.

– Н-да?

Аристократ мимолетным жестом прикоснулся к левому предплечью, и наблюдательный капитан тут же подметил, как равнодушный взгляд молчаливого спутника князя стал вдруг очень цепким и внимательным. Вдобавок он непонятно как оказался всего в трех шагах от мужчин…

Спустя час двое приятелей неспешным шагом гуляли по гранитным мостовым Питера. Один сосредоточенно молчал, а второй просто шел рядом, терпеливо ожидая, пока друг вынырнет из омута размышлений и обратит внимание на окружающий мир. Сновали экипажи, разбрызгивая по сторонам грязную воду из редких луж, трудолюбиво обихаживали свои «делянки» дворники, торопились по разным делам прохожие…

– Я думал, не удержишься, командир.

Александр тряхнул головой и тихо фыркнул:

– Соблазн легких решений – помнишь? Хотя такого упертого дурака только могила и исправит.

– Упертого? Не понял…

– Я ему столько подсказок дал, любому другому и половины хватило бы. Антенна, понятия усилителя сигнала, фильтра от помех, несущей частоты… А он вцепился в свой когерер и встал намертво – никакого прогресса. Причем сам он только умные мысли высказывает и над теорией работает, ну и заказывает все необходимое – материалы там, приборы. А всю черновую работу на ассистентов свалил. Дятел-белоручка!

Из всего услышанного Григорий понял разве что половину. Он, конечно, за последнее время ощутимо прибавил в знаниях (как сказал старичок-профессор – скоро можно и к университетскому курсу подступаться), но все же не настолько, чтобы так хорошо разбираться в точных науках. А вот в организации любого процесса и прочих управленческих делах Долгин уже соображал на вполне приличном уровне, так что следующий его вопрос был, что называется, в кассу:

– Зачем тогда оставлять ему лабораторию и финансирование?

– Ну финансирование я ему, положим, урезал.