Промышленникъ

Он располагает некоторыми сведениями об одной интересующей меня особе, но делиться ими категорически не желает. Более того, и его подчиненные – поголовно честные и ответственные люди. В любом другом случае я бы только порадовался за банкира Вавельберга, умудрившегося подобрать себе по-настоящему неподкупный персонал, от управляющего и до ключевых клерков – уж как ни старался Вениамин Ильич, так ничего выяснить и не смог. А я очень хочу узнать, как дела у милой баронессы фон Виттельсбах, и… – Молодой аристократ с усталыми глазами на какое-то мгновение сжал мягкие подлокотники своего кресла так, что кожа обивки жалобно заскрипела. – Мне крайне надоело ждать. Выясни, куда именно перечисляют ренту с ее имения, и не забудь напомнить труженику банковского дела про то, что молчание – золото.

– А?..

– Да-да, та самая Софья Михайловна.

– Да нет, командир, я не об этом. Зачем мне имение покупать?

– А, вот ты о чем? Затем, что ты хочешь стать потомственным дворянином. И к этому званию ведет много путей, по которым можно идти одновременно. Купить имение в Польше, стать почетным гражданином, потом благотворительностью выслужить один за другим пять орденов – это один путь. Другой – построить за свой счет что-то нужное для власти: например, несколько больниц, причем там, где тебе укажут. Хотя пару орденов при этом все одно желательно иметь. Третий состоит в том, что ты можешь поступить в одно из военных училищ империи. Два года вольноопределяющимся – и у тебя первое офицерское звание. А там по случаю совершишь подвиг – Георгия[15] на грудь да дворянскую грамоту в карман.

Долгин позволил себе проявить скептицизм, хотя с общим направлением был вполне согласен:

– Такую награду так просто не дают, да и на действительной военной службе надо состоять. Но даже если и так – где это я в мирное время найду батарею орудий, которую надо захватить, или вражеского генерала?

– Сейчас – нигде. А вот лет через восемь, в году этак тысяча девятисотом, я тебе и батарею найду, и генерала организую: причем очень даже легко. И без всякой военной службы.

Гриша напрягся:

– Война? С кем?

– Да ни с кем. Просто большая заварушка в Китае, с небольшим нашим участием. Я разве не упоминал про нее? Не важно. Так что, пойдешь вольнослушателем?

Бывший унтер задумался. Причем очень даже глубоко: хотя теперь он богат и вполне образован, для многих и многих он остался на уровне отставного унтера пограничной стражи. Не сказать, чтобы этого было так уж мало… Но для разговора на равных с этими самыми многими и уж тем более для выгодного во всех смыслах брака все же явно недостаточно.

– Не тороплю. Вопросы по поездке?

– Управляющий. Как далеко можно зайти?

Александр помолчал, обдумывая пределы своей откровенности.