Огнетушитель Прометея

Николай Георгиевич кинулся в полицию, думаю, ты догадываешься, что ему там ответили.

– Валентина взрослый человек, не стоит сеять панику. Она небось просто загуляла. Давайте подождем трое суток, вот увидите, дочь скоро вернется, – предположила я. – Так?

– Стопроцентное попадание, – мрачно подтвердил Макс. – После общения с муниципальными Шерлоками Холмсами Весенин позвонил мне и с места в карьер заявил: «Вы владеете частным детективным агентством, помогите. Валюша не тот человек, чтобы по гулянкам таскаться. С ней приключилась какая-то беда. Полиция не желает дело заводить, а я понимаю, чем раньше начнем поиски, тем больше шансов найти мою дочь живой. Ваша жена хочет купить новую машину. Если прямо сейчас, бросив все другие заботы, будете искать Валюшу, то получите не только гонорар сполна, но и бонус в виде автомобиля для супруги. Пусть она любой выбирает!»

Я облокотилась на руль.

– Николай Георгиевич не зря торопится, восемьдесят пять процентов людей погибает через сутки после похищения. Десять из ста проживают два дня. Это если речь идет о тупом желании преступника получить деньги. В случае же серийного маньяка прогноз совсем неутешительный, ему нужна жертва, и щадить ее психопат не собирается.

– О похищении говорить рано, – перебил меня Макс, – ведь выкупа пока никто не назначал, что довольно странно. Как правило, требование собрать деньги поступает быстро.

– Вспомни дело Алеши Козырева. Тогда о миллионе долларов сообщили через сутки, – сказала я.

– Будем надеяться, что Валя не повторит судьбу Алексея, – прервал меня супруг. – Козырев пропал бесследно, даже трупа не нашли. Между прочим, Валентину могли убить во время изнасилования или ограбления.

– Ты считаешь, это лучше похищения? – воскликнула я.

– Сейчас наши люди проверяют канализационные и прочие колодцы на пути от дома Весениных до башни, где Николай купил ей квартиру, и в близлежащих дворах, – словно не слыша меня, продолжал Макс. – Телефон отца мы прослушиваем. У Бориса, несмотря на его состояние, удалось узнать, как была одета Валя, когда он ее в последний раз видел. Песочный тренч с клетчатым воротником и таким же поясом, бордовое трикотажное платье с расклешенной юбкой, светлые колготки и туфли молочного цвета на небольшом каблучке, который украшен крупными стразами. До своего исчезновения она отпрашивалась со службы из-за сороковин матери. В первый день Валя принимала тех, кто приходил помянуть Раю, а на следующий до обеда приводила в порядок квартиру отца. Помыв посуду, она бросилась в банк, сидела в офисе с пятнадцати до закрытия и опять помчалась в родительскую квартиру, потому что не успела все дела переделать. В свою двушку не заглядывала. До этого момента все ясно. Дальше непонятно.