Мой первый, или Ошибка прокурора

Без каблуков она едва доставала ему до плеча и от этого казалась еще более хрупкой и беззащитной.

Андрей погладил ее по спине, нежно взял пальцами за подбородок и коснулся губами ее губ. Настя робко откликнулась на поцелуй, а потом притихла в его руках.

— Мне так стыдно, Андрей… — сбивчиво зашептала она. — Я даже представить не могла, что мой брат такое устроит! Когда он впервые этого Владислава в дом привел, я сразу заподозрила неладное. А теперь этот позор…

Шувалов провел крепкой рукой по ее волосам, дернул тонкую резинку, и волосы рассыпались по хрупким плечам тяжелой темной волной.

— Перемелется все, — обхватив ладонями лицо Насти, жарко шепнул в ответ и накрыл ее губы поцелуем.

Задохнувшись от нахлынувших чувств, Настя подалась ему навстречу, обвила его шею руками и позволила развязать пояс на своем халатике.

Андрей шумно выдохнул. Ощутил, как разум затмило желание взять ее здесь и сейчас — такую нежную и беззащитную.

Его язык дерзко скользнул по ее губам и неистово ворвался в рот. Руки оглаживали плечи, забирались под халат и обжигали прикосновениями нежную кожу. Она обвивала руками, крепкую шею Андрея, запускала тонкие пальчики ему в волосы и таяла от его прикосновений.

Все тело Шувалова пронзило острое желание присвоить ее. Подтолкнув Настю к застеленной красивым постельным бельем постели, Андрей уложил ее на спину.

Она лежала в ярких весенних цветах, и ее обнаженная грудь высоко вздымалась от волнения. Андрей навис над ней, его пальцы игриво сжали ее упругую грудь, легко покрутили чувствительные горошины сосков. С губ Насти сорвался стон, и она подалась ему навстречу."

"Его теплая ладонь уверенно легла на низ ее живота. По телу прокатилась острая и горячая волна желания, а ее бедра, будто подталкивая к действию, инстинктивно приподнялись ему навстречу. Нависая над ней, он дразнил языком ее тугие соски, а рука оглаживала бедра.

Настя вздрогнула. С ее таких желанных губ сорвался нежный стон.

Андрей завел ее запястья над головой. Она всхлипнула и прижалась к нему всем телом.

«Ты моя», — шепнул ей в губы, а следом накрыл их жадным поцелуем.

Не давая увернуться, он резко заполнил ее собой — остро, глубоко, до основания. Настя вдруг ожила. Извивалась под ним и призывно двигала бедрами, подаваясь ему навстречу.

Андрея накрыло темной волной, не поддававшейся контролю. Его губы безжалостно впивались горячими поцелуями в шею и плечи Насти, руки властно сминали грудь, мозг плавился, упиваясь ее сладострастными стонами.

Они потеряли счет времени. Едва утихнув, страсть вспыхивала вновь. Каждое его вторжение уводило ее на грань безумия, заставляя дрожать от наслаждения.