Проклятые

— Хотите, я открою вам секрет своего могущества? У меня очень обширные связи, много полезных и самых разных друзей. Везде! И в криминальном мире, и в федеральных органах, не буду вдаваться в подробности. Я бессовестно пользуюсь этими людьми в своих целях, а они с радостью мне помогают, потому что считают меня тоже полезным и нужным, а также, потому что я плачу им неплохие деньги за услуги. Так вот, среди моих друзей числятся превосходные детективы, которые не раз помогали мне с каким-нибудь слишком сложным и запутанным делом. Я собираюсь обратиться к ним и сейчас. А еще я попытаюсь что-нибудь узнать в преступной среде. Никто и ничто лучше криминального мира не знает, что в нем происходит.

Угасшая было надежда, снова загорелась в сердце Кэрол, и она уже, наверное, в сотый раз подумала о том, как ей повезло, что она встретила Джека Рэндэла. И Мэтту повезло, что он взялся за то, чтобы спасти его загубленную жизнь.

— Я хочу, чтобы вы мне ответили на один вопрос.

Его тон заставил ее напрячься, потому что она поняла, что это будет важный и серьезный вопрос, а ее ответ определит его дальнейшие действия.

— Вы хотите, чтобы я освободил Мэтта… любой ценой?

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Кэрол.

— Что для вас самое важное — чтобы он был оправдан, и ничего больше не имеет значения?

— Да, но я не совсем понимаю…

— Просто скажите, вы хотите добиться для него оправдания любой ценой — да или нет?

— Да, — тихо ответила Кэрол. — Я хочу спасти его. Любой ценой.

Откинувшись на спинку стула, Джек Рэндэл удовлетворенно кивнул.

И вдруг Кэрол показалось, что в глазах его мелькнул какой-то холодный огонь, которого раньше она никогда не замечала. И этот огонь почему-то вызвал у нее на коже неприятные мурашки, как будто в глаза ей заглянул сам морской монстр, с которым его все время сравнивают — равнодушная, безжалостная акула, почуявшая кровь, цель которой — растерзать все на своем пути.

Но неприятное наваждение было тут же снято его обаятельной улыбкой.

— Одобряю вашу решительность и твердость, и разделяю их. Любой ценой — только этому убеждению я обязан своей карьерой. В работе я не знаю поражений, и только потому, что добиваюсь победы любой ценой.

— Надеюсь, что вы победите и на этот раз.

— Иначе и быть не может. Кстати, не пора ли нам перейти на «ты»?

Допив вино, они покинули ресторан. Джек Рэндэл вызвался отвезти ее домой, и Кэрол не возражала.

Холодный ветер заставил ее задрожать, как только они вышли на улицу, и Кэрол пожалела о том, что так легко сегодня оделась. Ноги в тоненьких колготках покрылись гусиной кожей, холод забрался под юбку и ледяной рукой сжал ее тело.

Кэрол украдкой поежилась. Она ненавидела холод. Он вызывал страшные болезненные воспоминания, о которых она пыталась забыть.