Проклятые

— Какая седина? Где ты ее увидел? Да посмотри на меня, ты, жалкий пижонишка, и на себя! Даже в свои двадцать восемь, или сколько там тебе, ты никогда не будешь выглядеть так, как я в свои тридцать шесть!

— Да как-то не больно-то и хочется быть таким смазливым красавчиком, как ты, застрявшим в подростковом возрасте. Кстати, на твоем месте я бы задумался — это же ненормально. Может, у тебя какая-нибудь необычная болезнь, что ты не стареешь? — язвил Джек.

— Я не старею, потому что еще время не пришло, потому что я молод!

— Похоже, у тебя небольшие проблемы с головой, если ты мнишь себя юношей, забываешь о том, что женат, и совращаешь девчонку, которую сам же и вырастил.

— Да пошел ты, Рэндэл! Ты что, учить меня жизни пришел? Проваливай, если не хочешь, чтобы я тебя отсюда вышвырнул.

— Я уйду. Только отдам тебе кое-что, зачем, я, собственно, и пришел, — Джек открыл тонкий небольшой кейс и достал желтый конверт.

— Что это? — удивился Рэй.

— А ты посмотри, — Джек зловеще улыбнулся, отдавая ему конверт.

Рэй вынул из конверта несколько фотографий и вдруг покраснел.

— Ах ты, гаденыш! — прошипел он, быстро перебирая снимки.

— Я гаденыш? Да нет, это ты гаденыш. Похотливый сукин сын!

— За горло меня решил взять? Шантажировать?

— Да, — невозмутимо кивнул Джек и ухмыльнулся. — А как ты догадался? Можешь оставить эти снимки себе, как напоминания о бурных любовных похождениях на стороне, а негативы я пока придержу у себя. Если ты не оставишь в покое Кэрол, фотографии увидит Куртни. Я, конечно, понимаю, что для нее твоя измена не будет шокирующей новостью, но все равно для тебя это кончится плохо. Одно дело знать, а другое — увидеть собственными глазами. Вылетишь со своего теплого насиженного местечка, как миленький. Даже у горячо любящей женщины есть предел терпению.

— Фу, Рэндэл, как банально! Не хватило мозгов придумать что-нибудь пооригинальнее? — скривился Рэй, и сунул ему обратно фотографии. Но Джек не взял их, и они рассыпались по влажному полу.

— Буду я еще напрягаться и оригинальничать! Чтобы приструнить такого, как ты, и этого достаточно. Подчинишься, как миленький, потому что, если Куртни вышвырнет тебя на улицу, сдохнешь на какой-нибудь помойке от голода! Ты ж, кроме того, как трахаться, ничего и не умеешь!

— Это умение тоже не лишнее. Хочешь, дам пару уроков?

— Да уж как-нибудь обойдусь, спасибо. Все, мне пора. Надеюсь, ты все понял? Узнаю, что лезешь к Кэрол — раздавлю, как червяка. Я и без этих фотографий могу это сделать, а они — так, для устрашения и поддержания нашей милой беседы. Ну, бывай, донжуан! Желаю новых развлечений и побед. Наслаждайся, пока еще можется.

Он обернулся и еще раз взглянул на побелевшего от бешенства Рэя.

— Кстати, — улыбнулся Джек. — На твоем месте, я бы все-таки собрал снимки.