Академия проклятий. Книги 1-7

- Вот-вот, - подтвердил гном, - кто его знает, зачем и почему, но именно клан Ночи года так два назад, начал скупать все акции ИБ. Цену предлагали завышенную, так что нам, гномам, отказываться не резон был, я и сам часть акций продал. Да с чего оно им надо было не понять же, аккурат в средине зимы и прекратили они это дело со скупкой акций, как глава дома на человечке обжинился, так и прекратили.

Юрао откинулся на спинку стула, задумался. Я взяла еще один пирожок, и… отложила.

- Юююр, - протянула задумчиво, - а не в середине ли зимы мы отдали лорду Витори те самые вампирские браслеты?

Дроу напрягся, и ответил:

- В середине.

Мы переглянулись.

Воспоминание о том, как мы выполнили задание лорда Витори, да еще и денег с него взяли за срочность, в памяти было еще очень свежо, а уж как вампирский лорд радовался обретению атрефактов, позволяющих ему жениться на человеческой девушке…

- Стойте-стойте, - Молес вскинул палец, - так это вы отыскали реликвию клана Ночи?

Бездна, такой прилив гордости сразу.

- Мы, - важно ответил Юрао."

"Почтенный гном мастер ювелир Молес так и остался сидеть с открытым ртом, и смотрел он на нас… так смотрел - жадно. А потом осторожненько, издалека начал:

- А погодка-то сегодня весенняя, да?

Я не поняла, к чему он клонит, Юрао сразу:

- Заняты мы, мастер Молес, на самого императора работаем.

- Ммм, стало быть по завышенным расценкам? - спросил погрустневший гном.

- А то, в семь раз завысил, плюс процент за срочность, - не моргнув, соврал Юрао.

Я скромненько пью чай, поглядывая на пирожок. Гном же тяжело вздохнул, посмотрел на дверь, на нас, на вторую дверь ведущую куда-то в дом, на нас… на мой пирожок… У Юра вид сама невинность, а мне совестно стало, я и спросила:

- У вас что-то случилось?

- Да, - выдохнул мастер Молес с таким энтузиазмом, что я сразу поняла - спросила зря. - Понимаете, дело-то семейное, к Дневной Страже не обратишься, у меня репутация, сами понимаете - старейшина. К Ночным стало быть тоже - не их профиль, а я уж и не приложу что делать-то.- И не давая Юрао, который явно очень хотел, даже слово вставить, гном пояснил: - Свояк мой приехал, из Ардама собственно. Жена-то его, младшая сестра моей почтенной госпожи Молес, померла два года как, оставила его горемычного… Убивался он по ней страшное дело как, да потом охолодел да и зажил, вроде как по прежнему, окромя разве что того, что со всей родней в контры встал. Да не суть, проблема то и не моя была, да приехал, свояк, стало быть. Сам не свой приехал, говорит гонятся за ним, преследуют, а кто преследует и не сказал.