Академия проклятий. Книги 1-7

- Дэй, прости, - я услышала, только когда впереди уже звучал звон праздничных топоров.

- О, да, а еще Жловис решил, что это мы женимся, о чем сообщил всем, кому мог, - добавила я.

- Эээ, - протянул дроу.

Больше он сказать ничего не успел - Нурх остановился и повозку тут же окружили злые, воинственные, закованные в древние кольчуги гномы, и, потрясая топорами, вопросили:

- Кошелек или жизнь?

- Кошелек, во имя Бездны! - воскликнул Юрао, и вышел из повозки.

- Наш гном! - загалдели все вокруг и начали стучать топорами в медные щиты."

"Звон стоял оглушающий, Нурх начал нервно копытами перебирать, а мне пришлось улыбаться и выходить из повозки. Вот так вот звеня и подбадривая умными мыслями, типа: «Сначала пересчитай, а потом доверяй», или «Сделал дело, бери оплату смело». И смысл всего этого действа стал ясен, едва Юрао, перед входом в дом, шепнул мне:

- Умную мысль придумай, быстро, у них свадьба по старым обычаям.

Двери перед нам распахнули две гномочки, одетые в ярко-розовые платья, которые делали их похожими на две розочки. Накрученные спиральками локоны, пухлые щечки, пухлые ручки с ямочками под локоточками и драгоценности, драгоценности, драгоценности - на такие мероприятия надевали все фамильные украшения. Украшений было много. Очень.

- Ты незамужняя, тебе не положено, - шепнул дроу, проходя вперед и ведя за собой.

Мы вступили в арку. Из цветов, недорогих бус, перевитых золотыми лентами тканей. Арка вела в гостиную, а оттуда слышалась музыка, шум голосов, веселые песни гномок. И все стихло едва мы с Юрао появились. В центре гостиной на двух больших креслах сидел сам господин Ойоко, закованный в кольчугу и броню, с боевым топором на коленях, и уже госпожа Ойоко, в красном платье, расшитом золотыми нитями. Драгоценностей на ней было не меньше, чем на окружающих замужних гномихах, зато глаза сверкали едва ли не ярче всех бриллиантов. И эти глаза смотрели на нас.

И как-то неуютно было оказаться под взглядами полсотни гномов, которые от нас ждали. И как оказалось, ждали даров и слов:

- Почтенный мастер Ойоко, - начал Юрао, выглядел он в этот момент очень достойно, - древние говорили «две монеты в кошельке слышны всем, сто монет не слышны никому». Желаю тебе, чтобы твой кошелек всегда безмолвствовал!

Почтенные гномы важно закивали, поглаживая бороды, пожелание им очень понравилось явно, и на Юрао все смотрели с уважением, а вот на меня смотрели все почтенные гномихи, причем с ожиданием. Юр дернул за руку, напоминая, что теперь моя очередь. Я подумала и сказала:

- Госпожа Ойоко, - голос мой дрогнул, но я все же продолжила, стараясь держаться с достоинством, - древние говорили «Дом мужчины - весь мир, мир женщины - только дом».