Академия проклятий. Книги 1-7

Не снимая полотенца, забралась под одеяло, некоторое время лежала, глядя на спящего Риана. Затем, повернувшись спиной к нему, под звук скрипнувшей от моих действий кровати закрыла глаза и поняла, что, кажется, засну сразу же, настолько изматывающим оказался день.

В следующее мгновение меня обняли и придвинули ближе, устраивая удобнее. Я улыбнулась, сил что-либо говорить не было, да и не хотелось. Мне нравилось ощущать, как бьется сердце Риана, чувствовать тепло его рук, груди…

И я, улыбаясь какой-то счастливой улыбкой, почти погрузилась в пески сновидений, как вдруг…

– Вы не поворачивались! – воскликнула я, приподнимаясь.

– Мм-м? – удивленно вопросили у меня.

Я развернулась к магистру – кровать скрипнула! Скрипнула! Совсем как тогда, когда он лег! Он… он…

– Вы же ко мне лицом лежали все время! – возмутилась я.

Наглая, коварно-ехидная ухмылочка и очень веселое:

– Дэя, счастье мое, мы спать будем?

Спать! Да я от возмущения весь сон растеряла!

– Вы… вы… Это иллюзия была, что вы спиной к ванне повернулись!

Риан даже отрицать не стал, ухмыльнулся еще наглее и, пожав плечами, ответил:

– Ты ведь тоже подглядывала.

– Я? – У меня слов не было. – Я только раз обернулась!

– Да? – Риан с силой уложил меня обратно, укрыл, снова обнял и сообщил: – Я тоже всего один раз повернулся. Просто уже больше не отворачивался. Кошмарных, любимая.

Лежу, сжавшись под одеялом, и спать уже совершенно не хочется!

– Дэя… – Магистр прижал к себе сильнее и прошептал, касаясь губами плеча: – Да спал я. Так устал, что даже на подглядывание за любимой девушкой сил не осталось, просто переживал, что ты поскользнуться можешь. Спи.

Некоторое время я лежала, перебирая пальцами край простыни, потом тихо спросила:

– Правда?

– Почти, – хриплым от сна голосом ответил лорд-директор.

Я вздохнула, возмущенно достаточно, и уже хотела высказать, что думаю по поводу «почти», как магистр тихо спросил:

– Почему ты такая?

– Какая? – удивленно спросила я.

– Скованная. – Риан погладил по руке. – Как река зимой – вся льдом окованная.

Я подумала и едва слышно прошептала:

– Не знаю… просто такая… северная.

– Приграничная. – Он сплел наши пальцы.

– Приграничная, – согласилась я.

– Но ведь и в Приграничье бывает весна, лето, теплая осень…

– Бывает. – Меня убаюкивал его голос.

– Почему же ты все так же льдом окована?

У меня не было ответа на его вопрос, просто не было.

– Однажды, – Риан прикоснулся губами к моему плечу, – одна маленькая девочка нашла в себе силы проклясть собственного лорда-директора. Ее глаза горели в тот миг, в них огонь пылал – огонь надежды, огонь веры, огонь силы… Твоей силы, любимая.