Академия проклятий. Книги 1-7

Внимательно осмотрев порез, я неуверенно ответила:

— Здесь куски ткани, грязь, обломки веток и кустарника…

— Все может быть, — все так же глухо ответили мне, — Шейдер поднял свой меч с земли.

И я снова ушла, чтобы взяв пинцет вернуться и почистить рану — уверена, что так она заживет гораздо быстрее. К моему возвращению магистр вновь лежал с закрытыми глазами, оно и к лучшему. Но едва я, обработала инструменты спиртом, он вновь заговорил:

— Что вы делаете?

— Еще ничего, — я намотала несколько тампонов из бинта, — будет немного больно, зато потом дам…

— Конфетку? — он умудрился еще и хмыкнуть.

— Кое-что посущественнее, — ответила я, и приступила.

Когда я вытаскивала маленькие изломанные остатки высохших зимой кустарников, лорд молчал, даже не вздрагивал, но едва потянула кусочек застрявшей в ране материи, глухо застонал. И я бы остановилась, не в силах знать, что причиняю боль, но нельзя было.

— Потерпите пожалуйста, — начала уговаривать я, — я очень быстро и осторожно, а потом смажем мазью и боль пройдет быстро.

— Мазью нельзя, — простонал лорд Тьер.

После этих слов мои руки мелко задрожали. Одно дело знать, что сумеешь облегчить боль сразу как закончишь, другое дело…

— Рану все равно нужно отчистить, — прошептала я, и стараясь делать все очень быстро и осторожно, продолжила начатое.

Я провозилась не более десяти минут, но к концу лорд директор уже просто глухо и почти непрерывно стонал, а я ничего не могла для него сделать. Один раз я заикнулась о том, чтобы вызвать лекаря, но мне ответили «Нет» сквозь стон, и я больше не спрашивала.

Когда закончила, осторожно обтерла и края раны спиртом, а после услышала:

— Посиди со мной.

Это было неожиданно и приятно. Вынеся остатки бинта и окровавленные тампоны, я сполоснула руки и вернувшись, села на постель с другой стороны, потому как так меньше была видна рана, и чуть придвинувшись, замерла, обняв колени руками. Устав сидеть, вскоре устроилась полулежа, оперевшись о спинку кровати и стараясь двигаться осторожно, чтобы не потревожить магистра.

Примерно через час, кровь остановилась полностью и края раны начали сходиться, а лорд Тьер, наконец, обмяк и перестал напоминать натянутую струну. Еще где-то через час, на месте страшного ранения была видна только узкая полоска затянувшегося рубца, но судя по скорости регенерации, скоро не останется и ее.

А затем лорд Тьер открыл глаза. Так как я в тот момент украдкой рассматривала его лицо с чуть разгладившимися уже чертами, видимо больше не было необходимости сжимать зубы, пытаясь стерпеть боль, эта перемена в его состоянии заставила невольно вздрогнуть. Несколько минут директор мрачно смотрел в потолок. Затем судорожно вздохнул и медленно повернул голову в мою сторону.