Академия проклятий. Книги 1-7

– Срок к завтрему выходит, – мастер Мелоуин всхлипнул. – Не отомкнем печать к обеду – и все!

– Магическая печать при превышении срока хранения просто сжигает порченый товар, – вновь пояснил для меня Юрао.

И теперь мы оба смотрели на мастера-кондитера в ожидании его слов. Почтенный гном не стал испытывать наше терпение и трагическим шепотом произнес:

– Императорская гвардия…

– Вот Бездна! – выругался Юрао.

– Там даже разговаривать не с кем, – не сдержалась я.

Гном достал платок и вытер самые настоящие, даже совсем не притворные слезы. И, наверное, именно это вынудило нас предпринять хоть попытку помочь. Это, а не тот факт, что гномья община на нас рассчитывает.

* * *

Мы мчались по улицам ночного Ардама с ветерком, так как мастер-кондитер почтенный господин Мелоуин нанял для нас не обычный экипаж, а возницу – кентавра. Но, несмотря на быструю езду и предстоящее дело, нам было хорошо и комфортно. Вообще, всегда замечала, что после вкусной еды и горячего чая никакой мороз не страшен, а на душе тепло и все трудности кажутся такими решаемыми.

Правда, Юрао со мной был не согласен:

– Что мы ему скажем? Императорская гвардия поступает стандартно – изолирует город. Это обычная практика.

– Мы объясним ситуацию, – предложила я.

– Думаешь, наследному принцу есть дело до какого-то обоза? – ехидно поинтересовался партнер. – Вот до тебя ему дело есть. Видать, хочет отомстить Тьеру.

Почему Юрао сделал такие выводы, я даже не спрашивала – правильные ведь. К тому же на крайний случай у меня был способ заставить его высочество учесть требования торговцев.

– Ты чего такая суровая? – поинтересовался Юрао.

– Думаю, – сдержанно ответила я.

– А я вот что придумал, – воодушевленно начал дроу, – делаем так – просим аудиенцию у принца, входим, я тебя целую, появляется Тьер, мы выходим – Тьер выясняет ситуацию с наследником! Как тебе?

Возмущенно посмотрела на Юрао и сама не могла понять, почему, несмотря на возмущение, начала улыбаться.

– Ты согласна, да? – принял мою улыбку за ответ дроу. – Прекрасно! Так и делаем!

– Юр! – воскликнула я.

Возница, исправно мчавший карету, резко затормозил, обернулся и как рявкнет:

– Что?!

– Она сказала «Юр», а не «Тпру», – пояснил ему дроу. – Уважаемый, мы спешим.

Недовольный возница, сурово покосив на меня глазом, продолжил путь в заданном направлении.

– У кентавров в последнее время обостренное чувство собственного достоинства, – пожаловался мне Юрао. – Они лишь два года как практически вытеснили лошадей с городского маршрута, но с тех пор не дай Бездна какой-нибудь клиент, забывшись, крикнет что-то вроде «Тпру»…

Резкое торможение, искры по мостовой, и злая рожа возницы, разъяренным умертвием обернувшегося к нам.