Академия проклятий. Книги 1-7

Легкое мерцание – и дух смерти материализовалась перед Рианом.

– Адепт Ерга Логер, статус «отчислен», – голос лорда Тьера пугающе спокоен.

Мерцание Дары стало интенсивнее, и почти сразу последовал ответ:

– Среди живых отсутствует. Вероятности: погружен в сон, используется удаленно.

И снова тишина. Затем абсолютно спокойный приказ магистра:

– Вызывай императорских гончих.

Дара, кивнув, исчезла.

Мы так и застыли, а лорд Тьер, наклонившись, закрыл уже невидящие глаза, набросил на мертвую девушку простыню и произнес:

– Прошу прощения, мастер Окено, дело не в вашей компетенции.

И полувасилиск возмутился:

– Это почему не в моей?! Дело под юрисдикцией Ночной стражи Ардама, и тот факт, что убийцей является адепт вашей академии, ничего не меняет.

По губам магистра скользнула грустная полуулыбка, и Риан тихо ответил:

– Не Логер, уважаемый мастер старший следователь. Уж это вы должны были понять и сами. Прошу прощения за вмешательство в ваш процесс обучения. Всего кошмарного, мастер Окено.

– И вам темнейших, лорд Тьер.

И магистр направился к выходу.

Пешком, в смысле шагом, в смысле без адового пламени. И едва он исчез в проходе, ведущем к лестнице, я не выдержала:

– Лорд-директор! – И, сунув тетрадь растерянной Янке, помчалась за ним. – Лорд-директор, можно один вопрос. Я…

Я пробежала через подвал, свернула к темному проходу и попала в крепкие и главное ожидающие меня объятия.

– Попалась, – торжествующе прошептал Риан, сжимая сильнее.

Так много хотелось ему сказать, много-много, а теперь мы стоим в полумраке подвального помещения, и я чувствую лишь его нежные руки на моей талии и то, как сильно и уверенно бьется его сердце, и уже ничего не хочу говорить.

Мне хорошо, просто очень хорошо, и ничего больше не нужно.

– Родная, будешь так ко мне прижиматься, пропустишь все занятия разом, – прошептал Риан, нежно целуя мои волосы.

– Ага, – ответила я и вспомнила, что у меня лекция вообще-то.

– Пообедаешь со мной? – еще один нежный поцелуй в кончик носа.

– Аа-а… ага, – посмотрела в его мерцающие в полумраке глаза и сама поразилась своей «многословности».

– Тогда до обеда, – легкое прикосновение к моим губам, – и не грусти по поводу девушки, выносить это дитя она не сумела бы в любом случае.

Взревело адово пламя.

Я осталась стоять с совершенно глупой улыбкой и мыслями о том, что так и не спросила… Ну и Бездна с ним, с вопросом, потом спрошу. Постояла еще немного, старательно пытаясь прекратить улыбаться, поняла, что не могу, и решила возвращаться так.

К счастью, в этот момент по лестнице спустился Юрао.