Академия проклятий. Книги 1-7

— И две курсовые, и нормативы, — лениво ответила куратор и, зевнув, добавила: — И да, обучение вам также увеличивают на год.

Я села на пол прямо у незакрытой двери!

— Риате, расслабься, — Верис сладко потянулась, — все зависит от специализации, кто остался на направлении «эксперт по проклятиям», завершает учебу, как и полагается, но направления «следователь-криминалист», «служба внутреннего контроля», «военный следователь» — нуждаются в дополнительном годе обучения.

В чем-то капитан была права, а в чем-то… еще два с половиной года! Когда ты на четвертом году обучения — это звучит страшным приговором, потому что полтора года звучит все же лучше.

— А ты говоришь «замуж не хочет», — поддела Верис Дару, — видишь, как расстроилась. Риате, расслабься, кому говорят, для твоего направления «следователь-криминалист» шестой год обучения — это практика при Ночной страже, тебя лично к себе заберет Окено.

Все же поднявшись, я сипло спросила:

— А можно… получить весь список предметов и отчетности на весну?

Верис повернулась к духу смерти и проинструктировала:

— В моем столе слева третий верхний, выбери специализацию «следователь-криминалист».

Через мгновение Дара протянула мне исписанный листок… я долго впечатлялась. Кажется, на работу в конторе времени у меня не останется. А потом подумала — Юрао ведь следователь, и обучался он в профильной академии, может, у него конспекты попросить? Учитывая, что отчетность в «ДэЮре» он вел скрупулезно, значит, и конспекты должны остаться. Настроение поднялось мгновенно. Ну а еще я никак не могла забыть об императорской библиотеке, так что…

— Разберемся, — сказала я, направляясь с листком в свой учебный кабинет.

— Ты куда? — встревожилась Верис.

— Переписывать, — не стала врать я. — Кто предупрежден, тот вооружен. Кстати, список примерных тем дипломных от Окено есть?

— Неа, — куратор поднялась. — Зато список требований к оформлению и содержанию внушительный.

Кто бы сомневался!

* * *

Покинув территорию академии, я направилась к Тоби.

День выдался чудесный — ярко светило солнце, легкий морозец румянил щеки, а выпавший накануне снежок выбелил дома и дороги, и все сияло чистотой. Я шла по улицам Ардама, приветствуя знакомых и улыбаясь незнакомым, и радовалась жизни. Как бы то ни было, но родной Загреб давно перестал быть родным для меня, я жила Ардамом, я дышала Ардамом, и свое будущее я во многом связывала со столицей Приграничья. Удивительный это все же город. Здесь по дороге могут идти рядом оборотень и эльф, гном и тролль, ядовитый норт и прекрасная дриада, и, наверное, только здесь так много смешанных браков. Люблю Ардам.

— Дэя! — услышала я внезапно.