Академия проклятий. Книги 1-7

— Смотри на шаги — ходит он ровно, то есть не криволапит и не косолапит, значит, нечисть отпадает. Даже оборотни, прошедшие военную подготовку, так не ставят ноги, а этот словно маршировал, повелительная такая походочка. А теперь смотри, как он стоял, — ноги слишком широко расставлены. Для человека. Человеку так стоять было бы неудобно, либо налицо четкое несоответствие между размером стопы и ростом.

— Маг-отступник? — предположила я.

— Никак, от таких фонило бы на много миль вокруг, да и яды не их метод. Нет, тут кто-то другой, тот, кто удостоверился, что все пошло по плану, и только после этого покинул место действия.

Я подумала, вспомнила слова старшего следователя Окено про то, что отец жены оборотня был против брака, сопоставила с ситуацией, и родилось предположение:

— А это мог быть… дракон?

— Дракон? — Юрао еще раз взглянул на следы. — Эта темная личность определенно не бедствует, сапоги явно добротные, и, судя по следам… да, вполне может быть, что и дракон, у них стопа небольшая по отношению к росту. Опять же, стойка у драконов всегда уверенная — широко расставленные ноги норма, эти не жмутся, как девица на первом балу, но… что здесь делать дракону?

Я встала и грустно ответила:

— Ему нужны внучки. В них чистая кровь драконов.

— Шутишь? — Юрао тоже поднялся. — Госпожа Корро — чистокровный человек, Дэй!

Не знаю, как Юрао в ней не определил дракона, да и остальные тоже, впрочем… как-то же она скрывалась от отца двадцать лет?

— Окено мне сказал, что она дочь полудракона, — объяснила я.

— Вот Бездна! — выругался Юрао и рванул в город.

Я — за ним.

Бежали мы быстро. Очень быстро. У меня к концу пробежки кололо в боку, перед глазами прыгали черные точки, и кажется, на морозе я надышалась ртом, так что по возвращении придется сначала к лекарям забежать… Хотя, с другой стороны, лучше не забегать, памятуя о защите, наложенной лордом Тьером, а защита среагирует на любое магическое вмешательство.

Когда мы вбежали в таверну, услышали доклад господина Грэда о найденных останках той самой подавальщицы. Женщина также оказалась отравлена «черной гнилухой», а так как жила одна, то, вероятнее всего, о ее смерти и не узнал бы никто.

И тут лорд Мерос, сидящий за столом и медленно пьющий горячий чай, обратил внимание на запыхавшуюся меня и, прерывая гул голосов стражей, спросил:

— Дэя, что случилось?

Называл он меня подчеркнуто Дэя, а не Риате, как старший следователь Окено. Это было не особо приятно, да и нужен мне сейчас был не он.

— Господин Трэд, — обратилась я к главе Ночной стражи Ррадака, — въезжал ли кто-либо в последнее время в город?

Самое невероятное, что офицер развернулся ко мне всем корпусом, демонстрируя уважение, задумался и выдал четкий ответ:

— Накануне прибыли эти тролли, больше никто.