Академия проклятий. Книги 1-7

Я с нарастающей тревогой рассматривала лицо лорда Тьера, подмечая круги под глазами, некоторую бледность, морщинки, которых ранее не видела, и возник насущный вопрос:

— Магистр, а вы когда в последний раз ели?

Ухмылка, и достаточно жесткое:

— Не слишком вежливый вопрос, не находите?

Ага, нагло уходим от ответа.

— Знаете, лорд-директор, — начала я, — кажется, мы с вами перешли на «ты», и если я не ошибаюсь, то мой вопрос вполне закономерен для девушки, находящейся в статусе вашей невесты и…

Но мою набирающую обороты тираду перебили грустным:

— Ты кольцо… прячешь.

— Верис его узнала, — попыталась объяснить я, — и, как выяснилось, влюбленные в вас леди о нем годами мечтали, рисовали его и…

Под заинтересованным взглядом я умолкла. Тьер иронично вопросил:

— Опасаешься стать жертвой темной эльфийки? Зря.

— Ну, кронпринцесса-то на свободе. — Я сделала вид, что не поняла, чего добивалась дочь императора.

Тьер же не стал говорить о ней вовсе, благороден он сверх меры… с другой стороны, я тоже не особо стремлюсь высказывать свое мнение о людях. Однако после недолгого молчания магистр произнес:

— Кронпринцесса выходит замуж и вскоре покинет территорию Темной империи.

— А сколько их еще осталось… незамужних… — Нет, положительно, разговора у нас сегодня не получится.

И тут Риан выдал:

— Трусишка!

— Что? — Я вскинула возмущенный взгляд на сурового лорда-директора, в чьих глазах сейчас огоньки плясали."

"— Ты — трусишка, — невозмутимо повторил он. — Просто маленькая трусишка, причем слишком гордая для того, чтобы даже самой себе в этом признаться.

И взгляд такой, с вызовом.

Гордо развернувшись, я попыталась уйти, только попыталась, потому что в спину мне было сказано:

— Дэя, пообедаешь со мной?

И я ответила:

— Да…

Ушла из кабинета все так же, не поворачиваясь, и точно знала — он сейчас стоит и улыбается, примерно как я, очень-очень радостно и светло.

Выскользнув в секретарскую, я не сумела скрыть улыбку от леди Митас.

— Хвалил? — поинтересовалась секретарь. — Ну так мастер Окено ему прислал благодарность за сообразительную адептку.

Никогда не любила лгать и потому просто молча покинула приемную.

А в обеденное время я вернулась в комнату, вырвавшись из потока направляющихся в столовую адептов, переоделась в платье, села на диванчик с книгой. И только улыбнулась шире, увидев взметнувшееся адово пламя.

Магистр молча вышел из огня и протянул мне руку… Больше мы не ссорились. Как-то само собой решилось, что на лето мы действительно поедем в его родовой замок, где мне предстоит знакомство с отцом и сестрами — это была моя уступка, после того как Риан согласился ожидать конца моего обучения. Мы шли на уступки оба, просто потому что размолвки ранили слишком сильно.