Академия проклятий. Книги 1-7

- Я до безумия хочу сорвать это проклятое Бездной платье, прикоснуться к коже, ощутить твое тело под собой, почувствовать себя в тебе... Хочешь знать на что я способен? С уверенностью я могу сказать лишь одно - рядом с тобой я не способен думать ни о чем другом, кроме как: сорвать очередное проклятое Бездной платье, сжать тебя, ворваться в твое тело владеть тобой снова и снова, до полного изнеможения.

Змея абсолютного равнодушия ко всему начала медленно таять, впуская в мое сердце сотни разных эмоций - от холодного интереса, до затаенного ожидания. Страха не было совершенно, имелся лишь нарастающий, почти неконтролируемый интерес... И я вдруг потянулась к темному лорду, обхватывая его шею, приникая к его губам.

В следующее мгновение мы провалились в воду!

- Во имя Бездны, - прошипел магистр, едва удалось вынырнуть на поверхность, - мне уже совершенно плевать на Эа, его убийство и вообще все!

И мои губы вновь смяли неистовым поцелуем. Но мне плевать не было, мне стало интересно, что там с Эа.

- Простите, магистр, - с трудом прервав поцелуй, начала я, - чья смерть?

Риан молча вновь усадил меня на плечо. На этот раз из воды он поднимался медленнее, но едва вновь смог встать на застывшие волны, идти начал на порядок быстрее.

- Я могла бы идти рядом, - заметила, через некоторое время.

- Нет, - последовал сдержанный ответ.

- «Нет» в каком смысле? Не могу, или не позволишь?

Пауза, затем ледяное:

- В обоих.

Исчерпывающий ответ. Я подумала и опять спросила:

- А почему Эа умирает?

- Его убивают, - очередной лаконичный ответ.

- Эа - бог, - напомнила я.

- Да.

- Разве бога можно убить?

- Да, - резкий, отрывистый голос.

- А как? - мне действительно было интересно.

Молчание.

- Как можно убить бога? - повторила я вопрос.

- Со знанием дела можно убить любого, - глухое недовольство в голосе.

Снег становился все сильнее, и осыпая нас пушистыми мягкими хлопьями. Картина была такой умиротворяющей...

Внезапно Риан остановился, а затем резко сменил направление. Он не бежал, но чувствовалось, что едва сдерживается. В следующее мгновение магистр вновь остановился, снял с плеча меня, пересадил на мокрую, холодную, скользкую скалу, и прошептал:

- Прости, на твое благоразумие я в данный момент полагаться не буду.

И он стремительно отступил, оставляя меня без возможности пошевелиться или заговорить. И лорд директор просто ушел, через мгновение скрытый пеленой падающего снега, а я изо всех сил пыталась снять странное оцепенение и не могла... Совсем не могла.

А потом раздался вой. Жуткий, пробирающий до костей, вой, который не имел никакого отношения к волчьему. Я чувствовала, как мелко задрожала скала подомной. Затем снег прекратился. И сразу стало жутко и неуютно. Одно дело видеть пелену снежных хлопьев, совсем другое беспросветную мглу.