Проклятие брачного договора

В декабре 2010 года, также в Нью-Йорке, был выставлен на торги один из двадцати пяти экземпляров Прокламации об освобождении рабов, подписанной Авраамом Линкольном. Девятнадцать экземпляров хранятся в музеях, а оттого ажиотажный спрос на оставшиеся в частных руках шесть прокламаций вполне объясним, как и тот факт, что новый владелец выкупил доставшийся ему раритет за три с половиной миллиона долларов.

На третьем месте по стоимости оказался учредительный договор компании Apple, подписанный ее основателями. Он ушел с молотка за сумму, в десять раз превышающую эстимэйт, то есть начальную оценку, и обошелся покупателю в полтора миллиона долларов.

Контракт о продаже бейсболиста Бейба Рута команде «Нью-Йорк Янкиз» тоже стал своего рода победителем, поскольку, установив ценовой рекорд в номинации «исторические спортивные контракты», был продан без малого за миллион долларов. На сто тысяч дешевле оказалась декларация Бальфура 1917 года – первый документ о создании государства Израиль. За три четверти миллиона была продана декларация о независимости Техаса. А дальше в рейтинге, который на глазах внимательно слушающей Дины составлял опытный и титулованный палеограф Ефимий Бондаренко, как раз и шли ктубы – пришедшие из Италии брачные контракты, вроде того, который Дина, кажется, видела у Павла Попова и судьба которого теперь была неизвестна.

Без малого за сто тысяч коллекционер из Нью-Йорка купил указы короля Англии Георга III о наведении порядка в американских колониях, в восемьдесят четыре тысячи долларов обошелся новому приобретателю контракт на экспедицию к берегам Канады 1622 года и почти за семьдесят тысяч долларов в Лондоне на аукционе Christie’s была продана земельная грамота императрицы Екатерины II, датированная январем 1774 года и подписанная, кроме государыни, еще и вице-канцлером князем Голицыным.

Дина слушала с интересом, пока не заметила, что ее собеседник явно начал уставать. Она посмотрела на часы и спохватилась, что сидит в этой квартире уже почти три часа. Где-то вдалеке замолк шум пылесоса, и на пороге появилась Катя.

– Ефимий Александрович, закончила я на сегодня. Только тут прибрать осталось.

– Тут не надо. Спасибо, Катюша. Денежку на холодильнике забрала?

– Да, как обычно.

– Чайку попей, там конфеты вкусные на кухне.

– Да не, пойду я. У меня еще один адрес сегодня.

– Катя, а я вам что-нибудь должна? – спохватилась Дина.

– Вы что? – женщина смотрела на Дину с подозрением. – Не знаете, как Борис Аркадьевич со мной расплачивается? Он мне на карточку деньги по концу месяца переводит.

– Ваш друг молодой, он точно знает, что сможет рассчитаться в конце месяца, – покачал головой профессор.