Ледяное проклятье

Через мгновение кустарник раздался в стороны, и с хрустом ломающихся веток на речной берег вывалился закутанный в серые шкуры гоблин, вооруженный лишь легким копьецом. Судя по изумленному выражению его перекошенной рожи, он никак не ожидал увидеть в шаге от себя вооруженных воинов. Шурд еще успел раскрыть рот для крика, но тут же подавился влетевшим туда арбалетным болтом и, всплеснув руками, завалился навзничь. Второй ниргал, ориентируясь лишь на слух, выстрелил в переплетение густых веток, и оттуда послышались всхлип и шум падающего тела.

— Убить всех! — рявкнул я, вламываясь в кустарник. — Не дать никому уйти! Это сторожевой патруль!

— У него гребень на башке, господин! — крикнул Лени, кидаясь за мной. — Здесь пауки!

Рыжий мог этого и не говорить — едва я вывалился из зарослей, как сразу наткнулся на двух костяных уродцев и трех гоблинов, за считаные мгновения начавшегося боя еще не успевших сообразить, что произошло. Не задумываясь, я выбрал своей целью пауков, в чьих глазницах уже разгоралось зеленое мерцание. В два шага оказавшись рядом с нежитью, я вонзил меч в глазницу ближайшего паука, ухватившись за рукоять обеими руками, рванул оружие вбок, перебив тонкую кость между глазницами, и сразу дернул вверх, используя меч как рычаг. Сталь оказалась прочнее кости, и со вспышкой зеленого пламени череп треснул и распался на две части. Пинком отшвырнув костяк твари в сторону, я развернулся к проворно отступающему назад пауку. Сдвоенный удар в грудь заставил меня сделать шаг назад, но я все же устоял на ногах и, не обращая внимания на стреляющих из луков гоблинов, вновь шагнул к нежити. Лукам шурдов не пробить броню ниргала.

Отбежавший в сторону паук развернулся, его глазницы вспыхнули, и в моей голове зазвучал тихий вкрадчивый голос: «Ты устал… опусти оружие… отдохни…»

Звонко щелкнуло, и один из шурдов-стрелков захрипел, выронив лук и цепляясь за торчащее из горла древко болта. Сохраняющий молчание Лени вылетел вперед и, взмахнув топором, метнул его во второго стрелка. Шурд с визгом завалился на спину, и крутящийся топор пролетел над ним, вонзившись в бугристый ствол ели. Третий шурд отбросил выхваченный было длинный нож и с пронзительным криком бросился бежать прочь.

— Не дайте ему уйти! — закричал я, выныривая из омута паучьей магии.

Вновь щелчок спущенной тетивы, и арбалетный болт вонзился между лопаток убегающего гоблина."

"Потеряв оружие, Лени сорвал с пояса нож и кинулся к пауку. Между ними оставалось не больше шага, когда нежить вновь полыхнула зелеными глазницами, и рыжий замер на месте, безвольно опустив руки. Хлещущий удар сразу двух костяных лап, и Лени с криком боли отшатывается назад, роняя нож и хватаясь руками за глубоко рассеченное лицо.