Проклятый Лекарь. Том 2

Сейчас же он вызывал лишь лёгкую, снисходительную брезгливость, как назойливое, но безобидное насекомое.

В ординаторской уже собрался весь цвет терапевтического отделения.

Когда я вошёл, оживлённые разговоры на мгновение стихли. На меня смотрели. Не с враждебностью, как раньше, а с новым, любопытным и даже немного заискивающим уважением.

Я больше не был просто «выскочкой-бастардом». Я был выскочкой, который публично унизил аристократа Волконского и, что куда важнее, заработал многим из присутствующих здесь кругленькую сумму.

Статус — вещь удивительно переменчивая, и, как оказалось, в этом мире он напрямую конвертируется из денег и чужого унижения.

— Доброе утро, коллеги, — Сомов, стоявший во главе стола, выглядел бодрым и полным энергии. Он явно был доволен и моим вчерашним триумфом, и своим выигрышем. — Сегодня у нас ожидается насыщенный день. Как вы все знаете, доктор Волков временно отстранён от работы до окончания внутреннего расследования. Поэтому его пациентов необходимо оперативно распределить между вами. Они были закреплены за мной, но теперь они — это ваша забота.

Сомов начал зачитывать список.

Мне досталась пожилая дама, некая госпожа Анисимова, с предварительным диагнозом «хроническая сердечная недостаточность». Классика. Рутина.

После изящной интеллектуальной головоломки с аддисоническим кризом это было всё равно что гроссмейстеру предложить сыграть партию в «крестики-нолики». Но работа есть работа.

Топливо есть топливо.

— Но сначала, — добавил Сомов, закончив с распределением, — проверьте своих вчерашних пациентов. Пирогов, как там наши ВИП-персоны: графиня Воронцова и граф Ливенталь?

— Иду к ним прямо сейчас, — кивнул я.

Палата Воронцовой встретила меня густым, почти удушающим запахом белых лилий.

Кто-то расстарался и принёс огромный букет, который занимал половину столика у окна. Лилии. Цветы, которыми в моём старом мире часто украшали погребальные саркофаги. Забавная ирония.

Сама пациентка сидела в кровати, укутанная в одеяло, и нервно теребила его край.

— Доктор Пирогов! — она попыталась мне улыбнуться, но тревога в её глазах выдавала истинное состояние. — Как хорошо, что вы пришли. Операция ведь назначена на завтра?

— Да, всё по плану, — я подошёл и взял её руку, чтобы проверить пульс. Частый, но ровный. Обычная биохимическая реакция организма на угрозу. Моя задача сейчас — снизить уровень кортизола с помощью вербальных формул, известных как «успокаивающая беседа». — Ваш хирург — один из лучших в городе. А ваше состояние абсолютно стабильно. Поверьте, всё пройдёт хорошо.

— Я знаю, — кивнула она. — Но всё равно страшно. А вдруг что-то пойдёт не так?

— Для этого рядом с хирургом будет целая бригада анестезиологов и ассистентов. Вы будете в самых надёжных руках.