Проклятые судьбы (ЛП)

 — И он сделал это сам.

— Доброе утро, моя дорогая, — голос Вошера заставил вздрогнуть, и я отпрянула, когда он протянул руку, чтобы коснуться меня. Тори сказала мне, что он временно взял на себя наши занятия по Кардинальной Магии, и он был последним человеком в мире, которого я хотела бы сейчас видеть. — Рад видеть, что ты снова погрузилась в учебу. Но с моей стороны было бы ошибкой не предложить вам свои услуги. — Его загорелое лицо исказилось в сочувственной улыбке, когда он взглянул на Тори. — Вы обе, должно быть, чувствуете себя так, будто недавно вас протащили голыми через терновый куст. Так что если хотите, чтобы я выкачал эти темные эмоции, бурлящие внутри вас, то с большим удовольствием помогу вам.

— Я предпочту проглотить зубочистку целиком, но спасибо, — холодно сказала Тори и, хмыкнув, снова повернулась ко мне.

— Но ты, моя дорогая, ты, должно быть, так встревожена, не зная, что у тебя на уме. Я могу разобрать твои мысли, попытаться помочь тебе почувствовать, что было реальным, а что нет. Нам конечно придётся подробно обсудить каждый ваш контакт, когда он касался тебя, это будет очень полезно для твоей души.

— Я знаю, что у меня на уме, — твердо сказала я. — Орион солгал в суде.

Я знала, что говорить об этом бессмысленно. Никто мне не поверит. Но не сказать — равносильно предательству по отношению к самой себе. Я не могу позволить всему миру думать, что мне промыли мозги, хотя Орион не оставил выбора в этом вопросе. И я не собираюсь отказываться от попыток очистить его имя.

Я уже сто раз обсуждала с Тори, и мы решили, что пришло время сообщить всем, что Фениксы не могут быть подвергнуты Темному Принуждению. Что наши силы Ордена блокируют все виды агрессивной ментальной магии. Но мы не можем просто высказаться и позволить газетам отмахнуться от этого. Мы должны сделать все правильно. Поэтому Дариус работает над апелляцией со своими адвокатами, которая позволит нам доказать это перед судьей.

— Моя дорогая. — Вошер шагнул ближе, мускусный запах одеколона доносился до меня с участка его навощенной груди, которую я могла видеть между несколькими расстегнутыми пуговицами у его горла. — Первый шаг к исцелению — принятие того, что произошло. Профессор Орион казался прекрасным, хорошим человеком, но, к сожалению, бывает так, что у тех, кого мы не подозреваем, есть тёмное семя.

— Он не надругался надо мной, — огрызнулась я, мой голос повысился настолько, что весь класс повернулся ко мне лицом. — И единственный извращенец в этой школе — это вы.

Губы Вошера обиженно приоткрылись.

— Прошу прощения? Я понимаю, что вы сейчас испытываете бурю эмоций, но не обращайте свой гнев против меня, мисс Вега.

Я поджала губы, отказываясь извиняться.