Проклятые судьбы (ЛП)

Киплинг пересек комнату и встал перед Хоскинсом, протянув ему страницу.

— Агент Хоскинс, вам предъявлено обвинение от имени ФБР за неспособность обеспечить должный уход и комфорт подозреваемому, находящемуся под вашим надзором, и за попытку шпионить за законно защищенными разговорами между мной и моим клиентом. Увидимся в суде.

Хоскинс уставился на юридический документ в своей руке, а Киплинг захлопнул дверь у него перед носом.

Я обменялся с ним мрачной улыбкой, пока он с помощью сложных заклинаний защищал комнату от дальнейшей магической шпионской магии, вместо этого переводя взгляд на Лэнса.

Я обнял его, и он хмыкнул, прильнув к моим объятиям, но не смог обнять меня в ответ из-за скованных наручниками рук. Мое сердце подпрыгнуло и заколотилось от облегчения, когда боль в груди ослабла от того, что он был так близко.

Он выглядел дерьмово и вонял так, словно давно не принимал душ. Его волосы были в беспорядке, на нем была одежда, в которой его арестовали, а под глазами были огромные мешки.

— Как дела? — спросил я его, притягивая ближе и проводя руками по его спине.

— Как Голубок? — спросил он в ответ.

— Чертовски взбешена, — ответил я. — Она выбила дерьмо из Сета на глазах у всей школы. С тех пор он выл всю гребаную ночь и день.

У него вырвался безжалостный смешок.

— Я прямо спросил его, был ли это он, — добавил я, потому что Сету повезло бы остаться в живых, если бы я поверил, что это его рук дело. — Но он поклялся, что не делал этого. Я знаю, ты не слишком высокого мнения о нем, но он такой же мой брат, как и ты. Я ему верю.

Лэнс усмехнулся и выскользнул из моих объятий, опустившись на стул с его стороны стола, и я старался не показать боль от этого ухода.

— Тогда кто еще? — прорычал он. — Кто еще знал?

— Мне еще не назвали имя свидетеля, — официально сказал Киплинг, закончив свое заклинание и заняв место напротив Лэнса.

Я сдался и тоже сел, скрестив руки на груди, удерживаясь от того, чтобы не ударить что-нибудь из-за этой гребаной несправедливой ситуации. Я не знаю, кто это мог быть, но кто бы ни был, теперь он мой враг.

— Как только ты узнаешь, я убью его, — пообещал я.

— Разумеется, будет проведено полное уничтожение личности, — кивнул Киплинг, как будто я имел в виду это, а не кровопролитие, но мы все знали, что это не так. — Тем временем, мы с братьями провели последние семнадцать часов, просматривая видеодоказательства. Это шестичасовая запись, поэтому у нас заняло некоторое время, но все же нам удалось составить индивидуальный каталог каждого нарушения закона и того, как мы будем бороться с их использованием в деле.