Проклятые судьбы (ЛП)

Наследники не собирались отправляться туда до окончания урока, а окружавшие его обереги держали место в секрете от слабых фейри, поэтому я вела Тори в ту сторону, пока мы не приземлились на вершине покатой деревянной крыши и не сели под вечернее пение птиц, наполнявшее воздух вокруг нас.

Я уронила голову на руки и попыталась дышать ровно, но, похоже, у меня это не получалось.

— Это было невероятно, Дарси, — сказала она, положив руку мне на спину, когда я спряталась за каскадом голубых волос.

— Почему я не чувствую себя лучше? — спросила я сквозь зубы. Мое сердце тонуло в чане с кислотой. Мои надежды и мечты тоже давно растаяли в нем. И когда я думала об Орионе, боль от этого снова вызывала у меня тошноту.

— Потому что избиение Сета не вернет его, — мягко сказала она, и я кивнула, запустив руку в волосы и потянув, пытаясь заставить себя чувствовать что-нибудь, кроме боли в груди.

— Он не должен попасть в тюрьму. — Я посмотрел на нее слезящимися глазами, в моем тоне сквозило отчаяние. — Он не может. Он… Я…

Она притянула меня в свои объятия, и я прижался к ней, цепляясь за вторую половину себя. Мой близнец, ночь моего дня. Ей тоже было больно, и почему-то в ее объятиях мне стало немного легче. Как будто она несла часть меня, а я — часть ее.

— Мы разберемся с этим, — пообещала она, и я кивнула ей в плечо, пытаясь найти хоть малую толику возможности, за которую можно было бы ухватиться. Но все казалось таким мрачным.

Молчание растянулось между нами, пока мы просто прижимались друг к другу, в это время небо превращалось в сумерки, затем в полную темноту, и звезды безжалостно сверкали над нами.

— Я говорила с Дариусом сегодня, — наконец нарушила тишину Тори, и я отстранилась от нее, приоткрыв губы.

— Я не имела в виду то, что сказала, это было неуместно… — выпалила я, чувство вины росло во мне.

— Нет, ты была права, — перебила она меня, твердо кивнув. — Мне нужно было это услышать. И ты единственная, от кого я могла это услышать.

Я одарила ее грустной улыбкой.

— Я сказала ему правду. Как я себя чувствую и все такое дерьмо. И он… сказал, что любит меня, — выдохнула она, и слезы навернулись на мои глаза по совершенно другой причине.

— Это здорово, Тор, — искренне ответила я, хотя и знала, что теперь ничего не изменить. Только если мы не найдем способ все исправить. Я взяла ее за руку, и мы откинулись назад, ложась на крышу, не говоря ни слова, глядя в жестокое небо.

— Как думаешь, звезды ненавидят нас? — прошептала я, словно они могли меня услышать, мои глаза автоматически искали пояс Ориона и гадали, может ли он, где бы ни был, увидеть звезды сегодня ночью. Или он был заперт в темноте, как какой-то преступник, какой-то язычник.

— Может быть, — выдохнула Тори.