Проклятое дитя

 — Ты принцесса, ты живешь при дворе, а королевские альковы всегда были переполнены мерзостью. Двор — самое безжалостное и грязное место в любом королевстве. Фальшь, обманы, коварство, интриги — сама его суть. Это политика, моя милая Амани, еще власть и деньги. Эти вещи никогда не сделают человека лучше, лишь хуже. И чем больше все это, тем испорченнее человек".

"Но ты ведь не такой!"

Читая эту фразу, даже в строках чернил полную наивной убежденности, Хасин горько смеялся.

"Я "не такой" лишь с тобой, Амани. Ты знаешь, что говорят обо мне. И каждое слово — правда. Я не хочу тебя разочаровывать, но я далек от образца благодетели, красоты и благородства. Далек так, как ты даже не представляешь. Я не хочу тебя обманывать, и хочу, чтобы ты видела меня в истинном свете. Но я знаю, что этот свет тебя ужаснет и испугает. И пока я бы желал отсрочить тот момент, когда ты разочаруешься и во мне".

Хасин грустно улыбался, глядя на это слово. Он был рационалистом и реалистом, и прекрасно понимала, что рано или поздно красивой сказке, в которой росла и крепла его дружба с Анной, придет конец. Эта светлая девочка не та, кто примет его истинную сущность, ее порочность и мерзость. И именно ее разочарования в себе Хасин не желал больше всех прочих. Да плевать ему было на ожидания окружающих в его отношении, он никогда не стремился соответствовать чьим-либо ожиданиям, даже отцовским, пусть и любил его. Но Анна…Анна была особенной.

"Почему зеркало не показало тебя, когда я назвала имя?"

"Хасин" — было первое, что произнесла Анна, оказавшись перед зеркалом в своей комнате, когда один из Темных Стражей рассказал о его свойствах. Но зеркало осталось безмолвным.

"Потому что я далеко, милая Амани. Слишком далеко, и сокрыт даже от глаз такого сильного артефакта".

"Когда же ты вернешься?" — спросила Анна однажды, решившись задать пугающий своим ответом вопрос. Прошло долгих пять лет, и все что она имела — его письма и подарки, книги, что он присылал каждый раз, составившие ее личную библиотеку. А его рядом так и не было. Она скучала по его голосу, скучала по сказкам перед сном, пусть и выросла давно. Но так хотелось лечь под одеяло, ощутить рядом тяжесть его тела, когда он садится у ее головы с книгой в руках, и услышать волшебный голос, повествующий дивные истории, полные вымысла и истины, и не разберешь, что правда, а что ложь. Она хотела утонуть в его объятьях, пусть и понимала, что уже велика для того, чтобы запрыгнуть к нему на руки и уснуть на сильном плече. Она просто хотела увидеть его лицо, которое медленно, но верно стиралось из памяти ребенка, а ведь так не хотелось терять этих радостных воспоминаний о нем и их дружбе.

"Скоро" — это слово опалило надеждой ее сердечко, и улыбка расцвела на губах.