Проклятие ульфхеднара

И снова влился в схватку, расшвыривая противников направо и налево. Хотя бы великанской силой, такой же, как и у Ингольва, а может, и большей, он помогал сейчас выжить остальным. Жаль только, огнём помочь не мог. Прав ведь: все погорят, и корабли тоже.

Скодубрюннцев было слишком много. Стрелы пробивались через небольшие прорехи в стене щитов, ранили, убивали. Драккары с драуграми оказались отрезанными от остальных, но те, подчиняясь безмолвным приказам Асвейг, которую Ингольв приказал защищать, как зеницу ока вместе с Диссельв, навалились на противника с другой стороны. Внесли смятение в их ряды, когда пришло понимание, кто они, когда пронеслась кругом, точно лавина, весть: мертвецы.

Ингольв качнулся вбок от проскользнувшего совсем рядом клинка. Отшвырнул нападающего ударом щита и обернулся: где Асвейг? Он оставил её возле “мачтовой рыбы”, в окружении воинов, чтобы никто не проскочил. Из-за широких спин её никак не удавалось рассмотреть. Как и дочку конунга. Обидно будет потерять ту, когда цель так близка. Но, пожалуй, ещё немного, и противники прорвутся к центру корабля.

Блефиди ударился плечом в его плечо.

— Задавят, — выдохнул.

И верно. Даже с драуграми им будет сложно отбиться в окружении. Много воинов поляжет, ещё даже не доплыв туда, куда они все стремились. Но нужно пытаться, никогда нельзя опускать руки. Ромей отбился от противника, ловким движением увернулся и вышиб его за борт.

— Прикрой, — бросил, ничего больше не объясняя.

Ингольв не понял, что он имел в виду, но всё же загородил собой, готовясь к ожесточённому отпору. Они встали у носа “Бури”: отсюда хорошо было видно, как давят со всех сторон скодубрюннцы, как всё плотнее замешивается кровавая каша в деревянных котлах кораблей. Но громкий всплеск на миг заставил всех замереть. Воины заозирались, качнулись драккары на волне, что вздыбилась как будто из самых морских глубин. Снова всё стихло, и схватка забурлила с новой силой. Ингольв встретил клинком меч напавшего воина, едва не оглох от скрежета. Оттолкнул махнул щитом, но не задел. Выпадом остановил новую атаку, а плечом оттолкнул ещё одного противника, давая себе время развернуться.

И вдруг его обдало брызгами. Солнце, что светило сбоку, пропало. Бросившийся было к нему мужик замер, разинув рот, и тут же получил удар мечом поперёк живота. Рухнул под ноги, умирая в муках, но не сводя взгляда с того, что так ошарашило его. Ингольв посмотрел через плечо и выругался, не веря своим глазам. Из тёмной воды, искрясь в лучах света словно усыпанный золотой пылью, вздыбился огромный змей. Плавники его топорщились острыми иглами, а жемчужная чешуя словно перетекала по упругому, точно единый мускул, телу.