Проклятие ульфхеднара

 — Я хочу увидеть своего сына. Его зовут Одди.

— Я понимаю, — Асвейг едва выдавила хоть какие-то звуки из сжавшегося вдруг горла. — Не нужно было скрывать это от меня так долго. Хакон сказал мне.

Она встала, коротко коснувшись плеча Ингольва. Он попытался удержать её за руку, но его ладонь успела только едва коснуться её. И вдруг накрыло с головой ощущение тщетности происходящего. Будто раз за разом она возлагала на этого мужчину какие-то надежды, а они никак не оправдывались. И вроде старалась не ждать ничего, не думать о том, как могло бы быть, если бы… А всё равно сейчас стало паршиво внутри.

— Присядь-ка со мной, — бросил Лейви, когда она уже проходила мимо.

Асвейг остановилась и без возражений опустилась на землю рядом со скальдом, который перебирал стрелы, проверяя наконечники.

— Что, он снова что-то ляпнул? — Лейви кивнул в сторону Ингольва, но не дождавшись ответа, продолжил: — Я думал, ты уж привыкла к тому, какой он. К сожалению, думает он большей частью о своих интересах. Так что не обижайся на него. Можно только представить, что сейчас творится у него в голове. Все мы наделали в своё время много ошибок, за которые расплачиваемся теперь.

— И ты? — Асвейг невольно улыбнулась, чувствуя, как от мягкого голоса скальда ослабляется хватка, сжавшая что-то в груди.

— А я похож на того, кто всегда поступает только правильно? — Лейви вдруг коротко рассмеялся. — Нет. У меня дома тоже осталось много неразрешённых дел. И сын мой скоро отправится в свой первый поход. А я даже не увижу, как ярл надевает на его руку браслет. Вот так вот. И девушка, которая показалась мне прекраснее всех на свете, оказалась фюльгьёй. И кого? Собственного побратима.

— Ты нравишься Рагне, — захотелось хоть чем-то его поддержать. — Я вижу это.

— Какое теперь это имеет значение? — мужчина усмехнулся, зло выдёргивая очередную стрелу из тула.

— Она вернётся. Ради тебя.

— Я хоть и скальд, а не настолько романтичен, чтобы тешить себя пустыми надеждами, — Лейви вмиг растерял всю насмешливость, которой светились его глаза ещё мгновение назад. — И тебе стоит перестать это делать. Ингольв не изменится. И хоть я рад, что ты пошла с нами, но вряд ли этот путь принесёт тебе что-то хорошее.

Асвейг смолкла. И скальд не стал больше ничего у неё выпытывать. У каждого из тех, кто сидел вокруг этого костра, на душе висел свой груз. Её был не тяжелее остальных. Так зачем жалеть себя и корить за выбор, который сделала сама? Она хотела быть рядом с Ингольвом и не видела для себя иного пути. Сколько ещё копий его холодности и решений, ведущих прямиком к смерти, вонзится в её сердце — неизвестно. Но она готова была это вынести, чтобы дойти до конца и узнать, что будет дальше.

Ночью пошёл дождь.