Проклятая

Подумывал о суициде, надо же избавить мир от такого чудовища, как я.

— А как же твой хваленый черный юмор? Нет, ты представь — ночь, луна, звезды… Прожекторы освещают сцену, на которой стою я во фраке… Говорю торжественную речь и поджигаю себя… Ну как?

— Месяц назад ты уже так поджег себя на вечеринке у мэра, забыл? Ты тогда еще весь в саже сидел в прудике, прикрываясь кувшинками, и ждал, когда я принесу, во что одеться.

— Тогда это вышло случайно, костюм я поджигать не собирался. Если бы эта дура не начала заливать меня вином, все было бы нормально.

— Если бы изначально ты сказал этой дуре, что являешься фениксом, было бы еще проще.

— Эта дура должна была знать, какого колдуна пытается затащить в койку. А то: «Покажите что-нибудь магическое, необычное…» Такой трюк испортила!

— Зато твоя голая задница побила все рекорды продаж в желтой прессе.

— Ладно, черт с ним, с суицидом, вернемся к отцу. Ты же знаешь, что есть исключение из Закона. Пусть женится, тогда ограничение на детей перестанет действовать.

— За всю историю было зарегистрировано не более трехсот браков между колдунами и ведьмами. И ты отлично понимаешь почему. Твой отец на это не пойдет, — равнодушно ответила я, примерно представляя, куда этот разговор опять нас заведет, и поставила пустую чашку на стол.

— И это мне сейчас говоришь ты.

— Вот поэтому и говорю: Александр Иванович никогда не пойдет на брак с ведьмой, даже ради наследника. Ты сам виноват, не стоило давать ему обещание, что после тридцати заключишь контракт на рождение ребенка.

— Он тогда меня поймал и прижал к стенке, — с досадой отрезал босс и забарабанил пальцами по столу, словно пытался найти выход из ситуации. — Какова вероятность того, что он явится ко мне в офис?

— Не больше двадцати процентов. Поверь, ему удобнее каждый час доставать тебя по телефону. Александр Иванович грозился подключить клан, если ты продолжишь дурить. А вот против Главы тебе не выстоять.

Дима резко отвел взгляд, в глубине которого что-то мелькнуло, но я так и не разобрала — что, и неожиданно произнес:

— Слушай, а давай заключим с тобой контракт.

В первый раз, где-то пол года назад, когда он сделал мне подобное предложение, я тоже пила кофе и чуть не подавилась от удивления.

Но это было тогда, сейчас я только пожала плечами и спокойно ответила:

— Нет, а что, по-моему, хорошая идея. Все останутся в выигрыше. Ты получишь деньги, я заряжу артефакты, плюс еще и ребенок.

— Ты просто хочешь на халяву зарядить артефакты.

При мысли о зарядке артефактов его синие глаза привычно заблестели, а на смазливом лице появилась соблазнительная улыбочка. Каюсь, даже у меня с моим иммунитетом к этому несносному колдуну невольно сбилось дыхание, и сердце заколотилось чаще.