Избранные произведения. Том III

Николай Михайлович заявил во всеуслышание, что именно таким, как Феликс, он видит министра внутренних дел.

— Нет, премьера! — крикнул князь Федор.

— Может, и премьера.

И тут зазвонил телефон.

Это было подобно финальной сцене в «Ревизоре». Сообщили, что только что найдено тело Распутина.

Один из агентов полиции случайно увидел на Петровском мосту «черную калошу № 11 черного цвета, покрытую свежими пятнами крови». Он доложил своему начальнику, и калошу отправили домой к Распутину, а мост осмотрели. На нем нашли следы автомобильных шин и многих ног. Причем следы шин тянулись до самых перил моста.

Тогда поиски тела Распутина в доме Юсуповых были прекращены, и полицейские кинулись к мосту.

Сам министр юстиции и петроградский прокурор прибыли на мост.

Там агенты показали чинам новую улику — на перилах моста в одном месте снег был сброшен, словно через них в реку переваливали нечто тяжелое.

Были вызваны водолазы. Два часа они ныряли возле моста, ничего не нашли и заявили, что если тело и было, его унесло в залив, так как течение Невы в том месте весьма быстрое.

Но в тот момент один из полицейских, что бродили внизу по льду, высматривая, нет ли там еще какой-нибудь улики, увидел в щели между льдинами рукав шубы.

Тут же начали рубить лед у того места. Стоял сильный мороз, но никто не уезжал с моста, даже старенький Макаров.

Работали энергично, и через пятнадцать минут во льду была пробита новая полынья, а из воды извлекли примерзший ко льду снизу труп Распутина.

Тело старца было обезображено — видно, перед смертью его жестоко пытали. Руки и ноги туго стянуты веревкой.

Тело перенесли на берег и заперли в дровяном сарае.

Через некоторое время к Петровскому мосту прибыл министр внутренних дел Протопопов и начальство Охранного отделения. Прокурор Галкин начал снимать протокол наружного осмотра трупа. Судебный врач показал, что в теле Распутина находятся две пули — одна в области груди, другая в шее. Оба ранения смертельные.

После этого тело отвезли в Чесменскую богадельню и начали вскрытие. Но вскоре по приказу императрицы вскрытие было прекращено, тело старца облачили в монашескую одежду, положили в богато убранный гроб и увезли в неизвестном направлении.

А между тем почти все газеты писали о смерти Распутина в восторженных тонах, утверждая, что теперь наконец-то положение на фронтах переменится к лучшему, взяточничество и разврат прекратятся, страна в едином порыве рванется к новым победам.

Под разными предлогами в церквях служили благодарственные молебны. А в театрах после представления публика требовала государственного гимна и даже повторения его на бис. И все понимали, почему играют гимн и почему в столь горячем порыве вся публика смахивает нечаянные слезы радости.