Избранные произведения. Том III

Только обязательно сегодня же в больнице спроси у Глаши подтверждения, хорошо?

— Пойдем вместе в больницу?

— Нет, пойдешь ты. Ты наследник.

— Наследник чего?

— Этого я еще не понимаю. Но знаю, что ты наследник.

Андрей продолжил чтение:

— «Помни — уйдя в будущее, ты никогда не вернешься назад. Люди, которых ты оставишь, состарятся в то мгновение, когда ты будешь нестись в потоке времени. Деревья вырастут, дома обветшают…

Теперь, когда ты знаешь главное, я скажу тебе: никогда не расставайся с портсигаром. Твоя жизнь принадлежит не только тебе, но и вечности. Отныне у тебя есть долг, смысла которого ты пока не знаешь. Помни — ни одна живая душа не должна знать о твоей тайне. Надеюсь, у тебя хватит ума это понять. Людей сжигали и за меньшие грехи…

Уже сейчас я могу сказать тебе с уверенностью, что наступают тяжелые времена, но масштабов бедствий и перемен не знаю даже я. Может быть, тебе будет грозить смертельная опасность. Портсигар — средство твоего спасения. Ты сможешь укрыться в будущем. И если будущее будет так же опасно — ты можешь и должен уйти дальше.

Помни, отныне ты иной, чем все люди на Земле. Но ты должен быть достоин своего дара. Так как за все на свете надо платить. И достойный платит честно.

Обнимаю тебя. И люблю — о чем ты, может, и не подозреваешь. Сергей».

— Дальше — на машинке, — сказал Андрей.

— Читай, читай, скоро восемь!

— «Дописываю эти несколько строк, ожидая твоего приезда. Мировая война, о которой я тебе говорил и которую предчувствовал, началась. Если мы встретимся, то поговорим подробно и я расскажу тебе о той роли, которая нам с тобой выпала. Когда ты вернешься памятью к странным, на твой взгляд, событиям, имевшим место у меня в кабинете прошлым летом, подумай и поверь мне, что они были частью того дела, которым я занимаюсь. Надеюсь, что в ближайшие дни мы с тобой увидимся и тогда смысл в этой приписке отпадет.

Если что-то случится со мной, тебе все объяснит Глаша. Верь ей, как мне. Она тяжело переживала то, что случилось. Будь к ней милосерден. Я не был милосерден и глубоко виноват."

"Если будет нужда спастись — уходи не столь далеко. Дальние путешествия опасны тем, что мир вокруг коренным образом изменится и ты окажешься среди людей и обстоятельств, тебе непонятных и потому опасных. Если я с тобой не встречусь — тебя найдут… Еще раз прощай. Сергей».

— Вот и все, — сказал Андрей.

— Хорошо, — сказала Лидочка. — Теперь беги.

— Но мы же ни о чем не поговорили!

— Не будь наивным — ты должен успеть пробраться в свой дом. Если что-нибудь откроется — пускай тебя разбудят там. Понял?

— Хорошо. — Андрей все еще медлил. Переход от невероятной экстраординарности письма к будничной необходимости бежать, таясь, по улицам Ялты был слишком резок.