Избранные произведения. Том III

 — Это не тот случай. Нашей экспедиции ничто не угрожает. Мы можем отложить это решение до отлета. Время еще есть.

— Мы не можем отложить решение до отлета. С каждой секундой повышается опасность заражения этой планеты.

Павлыш молчал.

Логика и железная уверенность Клавдии обладали неким гипнотическим эффектом. Возможно, он бы продолжал спорить и находить аргументы, не будь он воспитан на Дальнем флоте, где авторитет капитана, начальника экспедиции — обязательный и чуть ли не главный элемент воспитания. Клавдия была права — в решающий момент командир корабля или начальник экспедиции имеет право и даже должен принять решение, которое не обсуждается. Элемент ошибки, который заключается в этом, всегда меньше, чем риск возникновения анархии. Человечество может достичь звезд, всеобщего благополучия, люди могут путешествовать во времени и покорять дальние галактики. Но они остаются теми же людьми, какими были тысячу лет назад. Самый гуманный и талантливый человек будет бояться смерти и стремиться к любви. Одни буду жаждать славы, другие покоя, люди буду выбирать себе друзей и спутников жизни, но будут встречать и врагов и соперников, идеального человека, идеального общества, к счастью, быть не может — иначе бы человечество замерло в нирване и сгинуло бы в благостной неподвижности. Поэтому в космосе должен властвовать Закон, придуманный людьми, недостаточно совершенный, чреватый ошибкой, но единый для всех и нерушимый.

Этот закон олицетворяла сейчас Клавдия Сун, маленькая упрямая женщина, уверенная в своей правоте так же, как был убежден в своей Павлыш. И правота Павлыша должна была отступить.

— Лучше бы я не находил его, — такими были последние слова Павлыша.

Он вдруг понял, что смертельно устал за день и никого не хочет видеть. Ни правильную Клавдию, ни добрую Салли. Они чужды ему, если, подчиняясь закону, человек продолжает осознавать свою неправоту перед силами высшими, нежели закон.

Клавдия не спала всю ночь, потому что ей было страшно спать. Она не была на корабле, но видела пленки, снятые Павлышом. Ее воображение было достаточно развито, чтобы представить себя на мертвом корабле.

Стоило ей заснуть, как мертвый корабль оживал и люди, которых она обрекла на вторую смерть, сходились к ней, приближались вплотную и что-то пытались сказать. С ними надо было спорить, доказывать, что она лишь выполняет свой долг, а те не понимали и грозили, хотя лиц их она не видела, старалась увидеть, но не было лиц… Клавдия в ужасе просыпалась и старалась не заснуть снова. Ей казалось, что она не спит, и лишь новый приход тех людей доказывал, что она снова заснула…"

"К утру эта бесконечная борьба с людьми с «Полюса» истощила ее настолько, что она поняла — убедить их не удастся и придется оставить их в покое.