Избранные произведения. Том III

Если учесть, что финикийский надзиратель тем-де утром получил из рук другого переводчика табличку с распоряжением срочно отправить караван верблюдов, груженных смолой, на запад, и если учесть к тому же, что ни один древний бюрократ той эпохи не знал грамоты, то массовые казни среди финикийского руководства объяснимы, как и объяснима последовавшая резкая нота Финикии Вавилону, после чего финикийские, а также дружественные им арамейские специалисты были отозваны со стройки века.

На совещании, посвященном этому событию, выступил перс, который, как поняли вавилоняне из речи переводчика, нелестно отозвался о матери царя Вавилона, за что был тут же растерзан участниками совещания. На следующий день все персы и пуштуны, азербайджанцы и аланы покинули строительство, осыпая проклятиями вавилонский народ.

Через неделю строительство превратилось в хаос. Столпотворение стало Непониманием. И в этой атмосфере деловитые, никогда не ропщущие переводчики с табличками в руках являли контрастное исключение. Они всегда готовы были помочь переводом, объяснением и даже комментарием. Например, переводчица-амазонка раздобыла где-то папирус с достоверными сведениями о том, что аравийцы завтра украдут гарем у заместителя главного сатрапа. Аравийцы же узнали от Маххатмы-сабейца о намерении вавилонян оскопить всю их бригаду. Еще не зашла луна, когда разгорелся бой между вавилонянами и аравийцами. Среди погибших была значительная часть руководящих лиц строительства. Остальных обезглавили через три дня, когда царь Вавилона сменил не оправдавшее его надежд руководство.

Новое руководство столкнулось с полным языковым и моральным непониманием. Никто ни с кем не хотел разговаривать. Новое руководство подало в отставку и было обезглавлено как капитулянтское.

Рабочие и специалисты разбежались по пустыне. Строительство завершилось на полдороге. Последними уезжали переводчики. На опустевшей площади перед громадной грудой кирпича они устроили веселый дружеский банкет.

Переводчики прожили после этого много лет. Слухи об их участии в вавилонских событиях распространялись по белу свету. Внучонок спрашивал деда-переводчика:

— Ты же переводчик, дедуля. Как же ты не остановил это столпотворение?

— Боги их покарали, — отвечал дедушка. — Не ценили они кадры, вот боги их и покарали.

— А тебя почему не покарали?

— А меня с коллегами они выбрали орудиями своей кары.

Значительные города

Я разучился ездить в поездах — спать в купе и высыпаться, как дома.