Избранные произведения. Том III

Мы хотели его сломать, но, разумеется, природное наше легкомыслие победило — забыли.

Я проник в вентиляционный люк. Там было тесно.

Я загудел, призывая девушку. Она поняла. Протянув вниз руку, я нащупал ее нежные длинные пальцы.

Я помог ей выбраться на крышу.

Она доверчиво последовала за мной.

Какое счастье! Она всем своим видом, каждым движением говорила: «Ты мой избранник».

«Ты у меня еще научишься говорить», — подумал я.

У флаера начиналась паника. Я исчез, указаний нет. Дзитта еле удерживает все мое воинство внутри. Барри накинулся на меня с упреками. Я передал ему барышню, а сам быстро прошел к креслу пилота.

— Внимание! — сказал я. — Всем занять места. Матери, держите детей. Мы спешим. Нас ждут леса Африки. Нас ждет свобода!

Через стекло я кинул прощальный взгляд на институт. Некоторые окна еще светились. Старинное здание, построенное по моде XX века, темной громадой поднималось над деревьями.

Я провел рукой над пультом, мысленно включая автоматику. Загорелись огоньки на пульте.

Я набрал код — я знал, как это делать. Направление… Загорелась карта Северного полушария. Я нашел на ней Конго. Дотронулся указкой до нужной мне точки. Дал старт. Флаер быстро пошел вверх.

Сзади верещали ребятишки.

Институт провалился в темень.

Огни на земле тускнели. Мы пронзили редкие облака. Машина поворачивалась, ложась на нужный курс.

Я смотрел на карту передо мной. Тонкая зеленая полоска — наш маршрут — начала расти и изгибаться к югу. Я задумался.

Неожиданно я почувствовал прикосновение.

Я обернулся. Моя возлюбленная стояла рядом. Она хотела быть со мной.

Я улыбнулся ей.

— Мы в безопасности, — сказал я Барри, который сидел в соседнем кресле. — Они нас не догонят.

— Они могут поднять машину с аэродрома на пути.

— Вряд ли, — сказал я. — Они до сих пор не хватились. А если и хватились, то не догадаются, куда мы делись.

И в этот момент зловеще вспыхнул экран связи.

Первым моим движением было желание спрятаться, скрыться от глаза экрана. Я пригнулся.

Ахнул рядом Барри.

Но потом я понял, что скрываться нет смысла. Лучше встретить опасность лицом к лицу.

На экране было лицо директора института. Батя был серьезен.

— Лидер, — сказал он, — я знаю, что ты здесь.

— Я здесь, — сказал я, выпрямляясь. — И вы можете убить нас, но вы не сможете остановить нас.

— Лидер, — сказал Батя, — может, ты хочешь, чтобы наш разговор был без свидетелей? Тогда скажи Барри, чтобы он ушел.

— Хорошо, — сказал я.

— Я останусь, — сказал верный Барри. — Я не боюсь.

— Директор прав, — сказал я. — Выйди. У тебя длинный обезьяний язык.

Барри обиделся. Он медленно вылезал из кресла, ворчал что-то. Девушка оробела, она смотрела на меня, на директора, который ее не замечал. Он знал, что она ничего не понимает.