Избранные произведения. Том III

Он стал отбиваться от детеныша палкой и попал ему по голове.

Детеныш упал и задергался.

Дядька кинулся к женщине. Верка почувствовала, что матка сейчас вонзит в нее свою саблю, и рванулась — сабля полоснула по щеке.

Дядька с палкой накинулся на женщину, но вдруг замер, будто на стенку наткнулся.

В этот момент в коридоре появилась Елена со свертком.

Женщина отбросила Верку, на бегу наклонилась и подхватила лежавшего на полу детеныша.

Тот перебирал ножками и попискивал.

Женщина врезалась в Елену и выхватила у нее пластиковый пакет.

— Это он?

— Он… — Но Елена уже смотрела на Верку, которая сидела на полу и зажимала рукой разрезанную щеку. Между пальцев текла кровь.

В конце коридора наездников встретил человек в ватнике. Именно ему матка отдала на бегу личинку.

— Они сейчас полетят, — сказала Верка.

Но наездники не полетели.

Они повернули в боковой коридор, который, как потом узнала Верка, вел в подвалы.

И сгинули.

Ванечка начал твердить:

— Сейчас мы их перехватим. Сейчас, я уже вызвал ОМОН.

И вдруг Верка закричала на него:

— Оставьте их в покое! Им тоже жить хочется!

— Как можно? — возмутился Ванечка. — Они ведь только кажутся людьми. А внутри — это злобные насекомые. Их надо истреблять, иначе они сами нас истребят. — Он сверкал очками, потому что вертел головой, словно все время отрицал собственные слова. — Может быть, их уже миллионы. А отпустив этих, мы увеличим их число. И сегодня же они нападут на невинную жертву — на тебя, в конце концов!

— Надо не так, — сказала Верка. — Не убивать надо!

— А как же?

По коридору, громко топая, бежали омоновцы в вязаных шапках, в которых видны были только глаза.

— С ними надо говорить.

— Как говорить, как? — кричал Ванечка. — Мы же их естественная пища. Они другой не хотят.

— Пойдем, Верочка, — сказала Елена и повела ее обратно к своему кабинету, оставив Ванечку разбираться с омоновцами.

— Что делать, что делать? — спрашивала Верка.

— Я сама не знаю. И дурак будет тот, кто скажет, что знает ответ.

— А мама? — вспомнила Верка. — Как мама?

— Пойдем, я проведу тебя в реанимационное отделение, — сказала Елена. — Но предупреждаю — ни звука, ни лишнего движения. Тебя не видно."

"— А меня и так никогда не видно, — ответила Верка и подумала: вот согласилась бы она на десять тысяч долларов, ничего бы не изменилось — они же своего зародыша все равно получили. А так бы построили для бабы Эллы новый дом…

Потом она подумала: «Сейчас быстренько посплю возле маминой койки, а с утра Катьку доить — и в больницу к бабе».

Но жизнь не будет прежней, потому что теперь вернулась мама.

И Верка теперь не одна.

Другое детство

Глава 1

Я родился на Чистых прудах, и первым моим воспоминанием, которого я не помню, должны быть похороны Кирова.