Избранные произведения. Том III

Но стоило ей открыть дверь, как она сразу же вспомнила о детеныше. Он мог подстерегать ее.

Ветер стих, тучи плыли медленно, словно устали носиться над землей. День кончался. Сумерки еще не наступили, но воздух стал вечерним. Вдруг запела какая-то птичка, защебетала, зачирикала, хотя в сентябре птицам петь уже не положено. С деревьев слетали листья, правда, еще не желтые, но с каждым днем их будет оставаться все меньше.

Недалеко загудела электричка. Видно, не хотела останавливаться в Пташках и предупреждала пассажиров, чтобы на нее не рассчитывали.

Верка, пригнувшись, бросилась к кустам.

И чуть не умерла от страха, потому что услышала женский голос:

— А мы тебя ждем!

Верка была настолько уверена, что ее подстерегает та женщина, что не сразу узнала голос Елены Борисовны.

— Ну я сегодня буквально умру, — сказала она.

— Девочка права, — укоризненно сказал Ванечка. — У нее напряжены нервы… Ах, какой все это ужас!

Верка протянула ему фотографию.

— Кто это? — равнодушно спросил Ванечка, словно на снимке была изображена египетская пирамида.

— Ванечка, — сказала Елена Борисовна. — Не притворяйся. Мы с тобой отлично знаем, кто они. В нашем банке данных есть фотографии всех исчезнувших женщин… Это Оксана, она была в больнице. Это Верочкина мама. А это Устиновская.

— И вы не знаете, кто она такая? — спросила Верка.

Любому человеку приятно быть умнее своих собеседников. Так уж мы устроены. И Верка от нас с вами не отличается.

— Ты что-то знаешь? — быстро спросила Елена.

— Если она Устиновская, значит, это жена Олега Владиславовича.

— Не может быть! — прошептал Ванечка. — Как же мы не догадались?

— Удивительно не это, — сказала Елена Борисовна. — Но даже в Москве их не связали друг с другом. Муж и жена!

— Пора вернуться к машине, — сказал Ванечка.

— А может быть, забраться на чердак этой дачи? — предложила Елена Борисовна. — Оттуда будет лучше видно. А я всегда больше доверяю собственным глазам, чем всем приборам, вместе взятым.

— Типично женский подход, — поморщился Ванечка. — Нет уж, я пойду в машину.

— Я с Еленой Борисовной, — сказала Верка.

— Правильно, — согласилась Елена. — Мне тоже с Верочкой спокойнее. Я страшно боюсь привидений.

— Привидений не бывает, — сказал Ванечка.

Он не спорил, не возражал, просто сказал то, что знал. И если бы Верка верила в привидения, после этих слов она бы в их существовании усомнилась. Но она уже не знала, во что верить, а во что нет. Некогда было об этом думать. По крайней мере, раньше ей с привидениями встречаться не доводилось.

— Смотря кого считать привидением, — продолжала Елена Борисовна, пока они по шатучей лестнице поднимались на чердак. — Ученые, скажу тебе, до сих пор не пришли к единому мнению, где проходит граница между жизнью и смертью.