Избранные произведения. Том III

Яйцо треснуло, раскололось пополам, и все увидели, что среди обломков скорлупы сидит голый розовый птенец и пищит, разевая загнутый клюв длиной в лодку.

Матросы принялись бить камнями птенца. Он плакал и пищал. Синдбад старался его защитить — но все напрасно!

Птенец был еще жив, а матросы уже разжигали костер, чтобы поджарить его.

И тут небо потемнело. Как гигантская туча, закрыли его крылья птицы Рух, которая услышала плач своего малыша!

— Скорее! — закричал Синдбад своим спутникам. — Бегите на корабль, отплываем в море!

Только тут матросы сообразили, что их дело плохо. Они кинули птенца и со всех ног помчались к кораблю. Корабль уже поднимал паруса, якоря выскочили из воды, словно были легкими, как перышки. Ветер наполнил паруса, и корабль помчался прочь от берега.

Птица Рух опустилась к своему детенышу, а в небе появилась вторая птица — отец птенца. Он держал в когтях целую скалу. Поднявшись над кораблем, папа Рух отпустил камень, и тот упал у самого корабля, чуть его не перевернув.

Вторая птица тоже схватила с земли камень размером с дом и, поднявшись, отпустила его.

И этот камень попал прямо в середину корабля и разбил его пополам.

И никто, кроме Синдбада, не спасся.

Синдбад же схватился за доску, и его понесло волнами прочь от острова.

Его носило по волнам весь день, и лишь поздним вечером, когда руки Синдбада устали держаться за доску, волна подняла его и кинула на песок небольшого островка.

Синдбад был еле жив от усталости и переживаний.

Он нашел ручей, напился из него, потом увидел банан со спелыми плодами, наелся и подумал: «Ведь не зря я говорил, что все хорошо кончится!»

С этой мыслью Синдбад заснул на мягкой травке возле ручья, под бананом. Ну что еще нужно усталому путешественнику!

Утром Синдбада разбудило пение птиц и жужжание пчел. Он умылся в ручье и когда снова принялся чистить банан, то увидел, что на том берегу ручья сидит старенький старичок в чалме и красном шелковом халате.

— Доброе утро, дедушка, — сказал ему Синдбад.

Старик ничего не ответил, только смахнул со щеки слезу.

— Кто тебя обидел, дедушка? — спросил Синдбад.

Старичок снова ничего не ответил, но показал рукой, что хотел бы перебраться через ручей, да не может.

— Сейчас я тебе помогу, — сказал Синдбад.

Он перешел вброд ручеек и наклонился над стариком. Тот взобрался на плечи Синдбаду и схватил его шею босыми ногами, такими черными и грязными, будто за свою долгую жизнь ни разу их не вымыл.

Синдбад перенес старика, и тот подтолкнул его в шею. Синдбад понял, что старичок проголодался. Он поднес его к банану, и старик стал срывать спелые бананы и чистить их.

— Ну вот и покатались, — сказал Синдбад. — Давайте слезать!

Старик будто и не слышал его. Он продолжал срывать бананы и жадно их пожирать.