Избранные произведения. Том III

И поняла: единственное, что ей остается, это вернуться к павиану, взять у него Маратика и отвести его домой, к маме с папой.

И как только Катенька решила так, ей сразу стало теплее и лучше.

Она побежала, спотыкаясь от слабости, к клетке павиана.

— Маратик! — закричала она.

И тут поняла, что никакого Маратика в клетке нет.

Павианы, павианихи и павианчики просыпались с первыми лучами солнца, прыгали, возились, дрались, обнимались, ждали, когда их покормят завтраком. Даже не угадаешь, кто из них павиан Велосипед, а кто просто павиан.

— Маратик! — снова позвала Катя.

Но Маратика не было, а павианы не обращали внимания на Катю.

Катенька испугалась, что с Маратиком что-то случилось. Она уселась на землю возле клетки и стала дрожать.

Около нее остановился совсем молодой человек в длинном плаще, измазанном клюквенным соком. Из кармана плаща торчала борода, сделанная из мочалки.

— Что ты плачешь, девочка? — спросил он.

— Уйди ты! — огрызнулась Катенька. — У меня несчастье.

— Какое же у тебя, Катя, несчастье? — спросил молодой человек, который на самом деле был директором зоопарка Эдуардом Жито-Житинским.

— Маратик пропал!.. Они его, наверное, съели! — И она показала на клетку с павианами.

— А как же он попал в клетку? — удивился директор зоопарка."

"— Его Велосипед взял. Он мне сказал, что Маратик у него спать будет. А теперь Маратика нет, понимаешь?

— Что же ты дальше собираешься делать? — спросил молодой человек.

— Дальше я собираюсь сидеть тут, пока не умру, — сказала Катенька.

— Ты хочешь к маме вернуться? — спросил молодой человек.

— Кому же еще я нужна?

— Так ты же самая сильная и самая отважная! — сказал директор.

— Я заразная, — ответила Катенька. — Меня никто не любит и никто не боится. Даже утопиться не дают.

— Пожалуй, — сказал директор, — если ты хочешь к маме, то я могу тебе помочь.

— Ой! — обрадовалась Катенька и вскочила на ноги. — А где Маратик? Мне же нельзя к маме без Маратика.

— Я думаю, что смогу тебе и в этом помочь, — сказал молодой директор. — Только я спрошу совета, правильно ли я поступаю?

Директор зоопарка громко спросил, ни на кого не глядя:

— Как вы думаете, друзья, отвести мне Катю к маме? Или она еще не поняла, что не права?

— Отведи, — сказала птица, которая сидела на ветке.

— Можно, все в порядке! — крикнули павианы.

— Давай веди, если что, я прослежу, — сказал из соседней клетки серый волк, а жираф покачал головой и добавил:

— Все-таки она еще ребенок.

Только верблюд Али-хан фыркнул и ничего не сказал.

Директор протянул Катеньке руку:

— Пошли. Я покажу тебе что-то.

Они вошли в дом, на двери которого было написано «Дирекция зоопарка». Внутри дома он открыл дверь с табличкой: «Директор зоопарка Эдуард Жито-Житинский».