Избранные произведения. Том III

Когда догнала его, доктор сказал, не дожидаясь, пока Ксюша начнет рассказывать:

— Спасибо тебе, но лесу я помочь, к сожалению, не смогу. Я только речками командую.

— У вас есть лесной доктор? — спросил Гарик.

— Есть, но он занят. Ему очень трудно…

Вскоре они увидели впереди высокие трубы завода и много низких корпусов.

— Вот наш враг, — показал на них речной доктор.

И хотя на вид завод был совершенно обыкновенный и даже трубы его дымили несильно, ребята сразу догадались, что имеет в виду речной доктор.

— Он в нашу речку вредные вещества сливает, — догадался Гарик.

— Сейчас увидите, — ответил речной доктор.

Речка была еще совсем чистая, трава по берегам зеленая, но с каждым шагом Ксюше становилось все страшнее. Ей даже казалось, что она издали видит, как вода меняет цвет там, у завода.

Ксюша не ошиблась.

Завод сам к речке не подходил. Он расположился на высоком берегу. Между его высоким бетонным забором и рекой тянулись какие-то склады, у самой воды было несколько огородиков, рядами сбегали к реке кустики картошки.

Между двумя огородами улеглась толстая труба. Она нависала над речкой, и из нее лениво изливался поток бурого цвета. И видно было, как жижа расплывается в прозрачной воде, вытесняет ее, смешивается с ней, — и дальше, вниз, текла уже не вода, а жидкость, которой нет названия.

Они остановились возле трубы.

Ксюша увидела, как несколько рыбок, которые плыли за ними сверху, засуетились возле границы между водой и жидкостью и поспешили обратно.

— Доктор! — сказала Ксюша в ужасе. — Скорее закройте трубу.

— А дальше что? — спросил речной доктор. — Они ее тут же откроют.

— Все равно что-то надо сделать, — попросил Гарик. — А то зачем мы очистили речку?

— И в самом деле — зачем? — задумчиво ответил речной доктор.

Ксюша увидела, как одна из рыбок, видно, рассеянная, нечаянно вплыла в зараженную часть реки и тут же перевернулась брюшком вверх. И ее понесло вниз по течению.

— Что? — раздался голос. — Не нравится вам наша речка?

Голос принадлежал старичку, маленькому, скрюченному, в широкополой соломенной шляпе, который стоял, опершись о лопату, посреди огорода.

— Не то слово, — ответил речной доктор. — И неужели вам все равно?

— Нам не все равно, — сказал старичок. — Только нас никто не спрашивает.

— Разве они не видят? — спросила Ксюша, показывая на завод.

— Они штрафы платят, — объяснил старичок. — Им лучше штраф заплатить, чем безобразие прекратить. У них премии за план. Штраф государство платит, а премия — себе в карман.

— И все молчат? — спросил Гарик.

— Почему все? Есть у нас один, он даже в газете написал.

— И что?

— Уволили его с завода.

— И он сдался? — спросила Ксюша.

— Он не сдался. Он глупый, он думает, что-то можно изменить.

— А где он?

— Вон там, у входа стоит.