Избранные произведения. Том III

И в тот же момент Андрей понял, что не может далее молиться — слова молитвы куда-то испарились и исчезло даже раздражение против самого себя, не говоря уж об обиде на Авдеева и Метелкина.

Андрей догнал Аспасию на площади у фонтана. Да она и не спешила скрыться. Ветер рвал ее платок и таскал за подол платье — Андрей любовался ее грацией.

— Я рада была вас увидеть. Отойдемте в тень.

Они подошли к стене церкви — здесь была тень и безветрие.

— Я тоже очень рад, — сказал Андрей. И смешался. Он испугался, что Аспасия сейчас попрощается и уйдет. Надо было что-то сказать, чтобы удержать ее. — Вы часто сюда ходите? — спросил Андрей.

— Когда надо, — сказала Аспасия.

— Да, я хотел сказать вам спасибо за… как это назвать… за охрану. Только это накладно, и никто не собирается на меня нападать.

— Никто не собирается, потому что есть охрана, — сказала Аспасия. — Пока они знают, что ни один шаг ты не делаешь в одиночестве, я спокойна.

— Но я много шагов делаю в одиночестве.

— Когда? Сейчас? — Аспасия оглянулась — никого не увидела. Но не поверила своим глазам и позвала негромко: — Спиро!"

"Где он скрывался — такой здоровый, почти квадратный мужчина, Андрей не понял, но в следующее мгновение он стоял возле фонтана, протянул широкую ладонь, дал воде остудить ее, потом вытер ею лоб.

Аспасия сказала ему несколько слов по-гречески, и Спиро отошел в тень.

— Вот видишь, — сказала Аспасия. — У тебя плохие глаза, Андрей.

— Смешно, — сказал Андрей, недовольный собой: значит, так легко следить за ним, так легко подкрасться к нему…

— Что у тебя нового? — спросила Аспасия, интуиция у которой была развита фантастически, — она почувствовала душевное состояние Андрея и поспешила изменить его.

— У нас? Саркофаг нашли.

— Когда?

— Сегодня, — сказал Андрей. — Авдеев его сам раскапывает.

— А ты?

— Меня он выгнал.

— Тебе надо там быть. Это не простой гроб.

— Без меня обойдутся, — сказал Андрей.

— Потом пожалеешь.

— Ты и в археологии разбираешься? — спросил Андрей.

— В древних вещах? Конечно, понимаю. Я сама древняя, как этот мир. Ну, мне пора.

— До свидания, — сказал Андрей.

Когда Аспасия, не оглядываясь, высокой стройной монашкой пошла по улице, к удивлению Андрея, из двери одного из домов вышла другая женщина, такая же высокая, но более плотная, чем Аспасия. Проходя мимо Андрея, она вдруг подмигнула ему.

Увидеть Русико в монашеской рясе — это совсем уж невероятно!

* * *Андрей вернулся в гостиницу, чтобы вымыться, но воды опять не было. Он спустился вниз, выпить кофе в ресторане, с каждой минутой ему становилось все тоскливее, будто он упускает не просто раскопки, а Бородинское сражение, — сидит, пьет кофе, а там вдали французы штурмуют Багратионовы флеши.