Избранные произведения. Том III

— Хорошо! Я же сказал — хорошо!

— А я поехал в Севастополь, — сказал Коля.

— Да поезжайте вы все, куда хотите! Поезжайте! — Ахмета неожиданно охватила вспышка злости — непонятно к кому, — он выбежал из хижины, и сразу его резкий голос зазвучал снаружи — он по-татарски отчитывал тех, кто сидел у костра.

— Ты серьезно решила тут остаться? — спросил Коля. — Не боишься?

— Поезжай, Коля, хорошо?

— Ладно. Счастливо тебе оставаться.

— Спасибо, — сказала Лидочка, подходя к Ефимычу и протягивая матросу узкую ладонь.

— Не за что, — мрачно ответил тот. — Вы не расстраивайтесь так. Обойдется. Наверно, ошибка.

— Письмо, — сказал Коля. — Быстро, пока он не вернулся!

— Какое письмо? — не сразу поняла Лидочка.

— Которое я тебе дал. Да тише ты!"

"— Прости. — Лидочка стала доставать письмо. Коля стоял рядом, ему так хотелось рвануть на себя лиф ее платья, чтобы выхватить письмо, — именно чтобы выхватить. И Лидочка чувствовала его нетерпение — совсем иное, чем у мужчины, который мечтает о ней…

Коля выхватил у нее письмо — он не хотел быть грубым, но он очень спешил, и Лидочка понимала, что он прав: если кто-нибудь, в первую очередь Ахмет, увидит письмо, будет плохо.

Коля едва успел — он еще не вынул руку из кармана плаща, так и замер. Вошел Ахмет.

— Вы еще здесь? — спросил он равнодушно.

— До встречи, — сказал Коля, пожимая на прощание руку Ахмету. — Мне повезло, что я встретился с тобой.

— Тебе точно повезло, — согласился Ахмет.

— До свидания, Лидочка, — сказал Беккер.

Он поцеловал ей руку. Лидочка была так подавлена, что не успела ее отдернуть.

— Ефимыч! — сказал Коля и первым пошел к выходу из хижины.

Матрос вышел следом, не оборачиваясь и не прощаясь.

Закрылась дверь.

— Их не тронут? — спросила Лидочка.

— Конечно, их не тронут, — сказал Ахмет. — Письмо у тебя было?

Лидочка не ответила.

— Чего ты его защищаешь?

— Я его не защищаю. Мне все равно…

Заглянул молодой парень — Лидочка впервые увидела человека, грудь которого крест-накрест была перетянута пулеметными лентами.

— Все готово, — сказал он.

— Едем! — сказал Ахмет.

Пролетка стояла на дороге, дерево куда-то делось, автомобиль Коли тоже исчез.

— Они уехали? — спросила Лидочка.

— Конечно. Прости, у меня нет автомобиля. Помнишь, какой был? Помнишь?

— Ну конечно, Ахмет.

Молодой парень, обвязанный пулеметными лентами, уселся на облучок. Ахмет достал из-под ног кожух, накинул его на Лидочку.

— Будет холодно, — сказал он. — Тебе куда ехать? Домой?

— Нет, в гостиницу, — сказала Лидочка. — Ты разве не знаешь, что мои в Одессе?

— Знаю, что в квартире живут другие, — сказал Ахмет.

Парень в лентах зацокал на лошадей, легонько хлестнул одну, пролетка стала разворачиваться.

— Почему ты сюда приехала? — спросил Ахмет.