Как проиграть в любви (ЛП)

Я смотрю на его спину, блуждая взглядом по упругим мышцам, напряженным трапециям и дельтоидам — все эти термины я выучила летом, когда ходила на занятия по биологии в старших классах, чтобы получить зачет по естественным наукам.

Взгляд блуждают дальше на юг.

— На тебе есть трусы? — Я с любопытством разглядываю его поясницу, в частности, нижнюю часть тела. Зауженная талия, подвздошный гребень.

— Нет, они еще сохнут. Надеюсь, ты не возражаешь, что я повесил их в ванной на карниз для душевой занавески."

"Я медленно киваю, приковав взгляд к гладкой плоскости мышц его спины.

— Эм… нет, все в порядке.

Он шевелит плечами.

— А теперь массаж спины…

— О, боже, ты хуже всех.

— Может, я и худший, но мне чертовски больно, и я верну услугу.

Он вернет услугу? Это меня веселит.

— Ты сделаешь мне массаж? Почему ты сразу не сказал?

Не уверенная, куда деть руки, я нацеливаюсь на его лопатки и медленно опускаю их на его кожу.

Его горячую, гладкую кожу…

Его толстую, сильную шею…

Парень недавно был у парикмахера, темные волосы аккуратно подстрижены.

Большими пальцами начинаю разминать основание. Надавливаю так сильно, как только могу, снова и снова, пока не устаю. Затем меняю положение, расплющивая ладони и вдавливая их в его позвоночник.

Вверх.

Вниз.

Даллас стонет.

— Разве у вас нет тренеров или еще кого-нибудь, кто должен это делать?

Он кивает головой.

— Ага. Но ни один из них не такой милый, как ты.

Милая?

Ха.

Чушь.

— Мы оба знаем, что я не милая.

— Возможно, нет, но только потому, что у тебя еще не было возможности стать такой. Ты еще не потеряла бдительность.

Бдительность? Что за чушь?

— У меня нет никакой бдительности.

— Конечно, есть. У всех есть, а твоя просто ждет, когда кто-нибудь снова нагадит тебе, как нагадил Диего.

Мой рот открывается, а руки замирают, неподвижно лежа на его коже.

Неужели он прав? Неужели я возвела стены, потому что жду, что появится парень, который будет относиться ко мне как к пустому месту, как это делал Диего?

А я-то думала, что все было наоборот. Я думала, что Даллас — это тот, кто всегда настороже, ожидая, что люди будут использовать его.

— Похоже, это у нас общее.

Он согласен с моими чувствами.

Я снова разминаю его спину, руками скольжу вниз по бицепсам, затем снова вверх, массируя, но и чувствуя его, если быть честной, тепло его тела согревает мои ладони.

Такое твердое.

Такое подтянутое.

Невероятно.

Я никогда раньше не испытывала благоговейного трепета перед мужским телом. Никогда не видела ничего подобного лично и не прикасалась к нему.

— Что там происходит? — громыхает Даллас.

Я не осознавала, что двигала руками в том же направлении, вверх и вниз по его рукам, пока он не заговорил, и краснею до кончиков пальцев на ногах.

— Прости.