Табу на вожделение. Мечта профессора

Внезапно музыка стихла, и автомобиль начал замедляться, шурша колесами по… гравийной дороге? Ужас вновь пустил корни в ее груди, ужалил сердце.

«Где я? Куда меня привезли?»"

"Когда машину остановили, девушка обратилась в слух, цепенея от страха.

В салоне что-то бурно обсуждали, но наружу никто из похитителей выходить не торопился. К добру это или к худу, Юля не знала. Но гадать долго не пришлось. Спустя минут пять-шесть все четыре двери автомобиля дружно хлопнули. Раздались тяжелые шаги — мужчины явно направились к ней.

А она в тот момент могла думать лишь об одном:

«Четыре? Почему четыре? Их же было трое!»

Наконец багажник распахнулся, и Юля рефлекторно зажмурилась от яркого света — на нее направили огромный фонарь, будто намеренно ослепляя.

— Все, цыпа! — обратился к ней «главарь». — Приехали! Выползай!

«Спокойно. Нужно вести себя спокойно. Я должна сбить их с толку своей покладистостью. Должна выбрать удачный момент и убежать…»

В любом случае сдаваться без последнего боя Попова не собиралась.

Однако выбраться из своего временного пристанища без помощи мужчин не смогла — слишком уж сильно затекли ее мышцы. Оказавшись на земле, девушка пошатнулась, но равновесие все же удержала. Оглядевшись вокруг, она обнаружила кромешную темноту — единственным источником света оставался фонарь и автомобильные фары. Но даже их было достаточно, чтобы сориентироваться на местности и заметить густую крону деревьев.

— Мы в лесу? — выдохнула глухо и безжизненно.

— Угу! — довольно промычал самый разговорчивый похититель.

Все они по-прежнему скрывали свои лица под черными масками.

Обреченно вздохнув, Юля осторожно переступила с ноги на ногу, ощущая, как в босую пятку упирается что-то острое. Судорожно втянув в себя кислород, одна поинтересовалась как можно безразличнее и отстраненнее:

— Что вам от меня… нужно? — голос предательски дрогнул. Надломился.

Стал писклявым. Но ответа не последовало. Все трое продолжали молча таращиться на нее. Их безумные, лишенные человечности взгляды сверкали в прорезях балаклав. Напряжение множилось. Паника накрывала с головой.

Нервы были натянуты до предела. Да что там? Все ее трясущееся от страха тело функционировало сейчас именно на пределе. На пределе возможного.

— Что вы со мной сделаете? Убьете?

И вновь звенящая тишина в ответ. Мерзкая. Давящая.

Юля уже собиралась громко заверещать, уподобившись душевнобольному человеку, когда позади раздалось до боли знакомое ядовитое шипение:

— Возможно! Этого я еще не решила!

* * *Не веря собственным ушам, Попова с нарочитой медлительностью обернулась на звук. Представшая взору картина шокировала не меньше.

— Ты? — выдохнула изумленно, лицезря пред собой Заболоцкую.