Табу на вожделение. Мечта профессора

 — Или нет? Или да? Ой, мамочки! А если все же да? Господи, спаси наши головы!»

Однако в этот раз господь оказался глух к ее мольбам.

Сразу после звонка со второй пары в их аудиторию заглянула ближайшая помощница Маркеловой и голосом, от которого содрогнулись стены, проорала:

— Попова, в деканат!

Чувствуя, как от волнения цепенеют конечности, а внутренности сиротливо липнут к позвоночнику, Юля все же уточнила:

— А кто вызывает? Каримов?

Секретарь Татьяны Петровны закатила глаза:

— Разве я сказала, что тебя хотят видеть на кафедре? В деканат!

— Поняла я! — отмахнулась нервно. — Поняла! Спасибо!

«Черт! Черт! Черт!»

Деваться было некуда. Торопливо запихнув в сумку все свои вещи, она выскочила из аудитории, даже не попрощавшись с ребятами. Успокоиться не удавалось, хоть до ста мысленно считай, хоть до миллиона. И тем не менее в кабинет декана Попова вошла, сохраняя внешнюю невозмутимость.

— Татьяна Петровна, вызывали? — натянула на лицо дежурную улыбку.

Маркелова посмотрела на нее поверх своих очков, а после кивнула:

— Да, проходи!

Плотно прикрыв за собой дверь, Юля приблизилась к ее рабочему столу.

— Садись! — услышала в тот же миг и безропотно опустилась на предложенный стул. Ее сердце отчаянно барабанило в груди.

Во рту пересохло до противной горечи. В глазах плясали черные точки.

— Расскажи-ка мне, как у тебя дела? — добродушно улыбнулась женщина.

— Все хорошо…

— Ты уверена?

— Да.

— Тогда почему пропускаешь так много занятий?

— Я работаю параллельно…

— Угу! — задумчиво. — Зачем?

— Чтобы учебу оплачивать.

— А если я скажу, что больше не нужно?

— Чего не нужно? — недоуменно. — Работать?

— Оплачивать учебу!"

"На сей раз Юля не смогла сдержать слез. Они хлынули из глаз.

Ее плечи задрожали. В горле образовался комок.

— Не отчисляйте меня, пожалуйста! Я все отработаю!

Недоуменно нахмурившись, Маркелова встала и подошла к девушке.

Погладив ее по голове, попыталась успокоить.

— Ну, что ты в самом деле, Попова? Никто тебя не отчисляет!

— Но вы же сами сказали!

— Что?

— Что оплачивать учебу мне… — спрятав лицо в ладонях, она горько зарыдала: — …больше не нужно!

— Да, не нужно, — тяжелый вздох. — Но совсем по другой причине!

Стыдливо растерев по лицу соленую влагу, Юля вопросительно уставилась на декана. Женщина недовольно скривилась, покачала головой, но все же произнесла, пусть и с явной неохотой:

— Мы наблюдаем за тобой с первых дней. Ты достойно проявила себя в стенах ВУЗа. И в качестве исключения мы решили перевести тебя на бюджет.

— Это что, шутка? — переспросила, будучи не в силах поверить услышанному.

— Нет. Не шутка.

— Меня на бюджет? То есть… это значит… что… о, Боже! О, Боже!

Не помня себя от шальной радости, Юля завизжала как оглашенная.