Проект по дружбе

Аккуратно откладываю ручку, беру тетрадь за край и швыряю в стену. Чувствую себя полным идиотом, что вообще пишу все это. Но, судя по всему, поделиться мне не с кем. Мы с Титом много прошли вместе. Но у меня язык не повернется сказать ему, что запал на Гольцман. Сам себе не верю. И, честно говоря, надеюсь, что ошибся. Я действительно никогда не дружил с девушкой, вдруг это просто зарождение каких-то теплых человеческих чувств. Поэтому решаю с другом пока не делиться. А вот наврать в дневнике эксперимента, на котором настояла Женя, оказалось сложно. Да и незачем. Все равно я эти сопливые страдания никому не покажу.

Смотрю на часы. Девять вечера. Гольцман встречается со своим идеальным дружком через тридцать минут. Что я чувствую по этому поводу? Определенно злость. Я всегда злюсь. Это моя постоянная эмоция. Хотел бы жить иначе, проще, но уже не помню, как это. А еще меня жестко разматывает какая-то давящая тревога. Ощущение, что сейчас случится что-то страшное.

Поэтому я встаю, надеваю толстовку и выхожу в коридор. Заглядываю к деду, он дремлет перед телеком. Фоном идет очередное шоу, сегодня спортивное. Пару секунд слежу за тем, как движется грудная клетка Де. Тихо прикрываю дверь.

Перед выходом мешкаю. Осознаю, что поступаю тупо. Но иначе не могу. Нет варианта остаться сидеть дома, понимаете? Просто нет. Ощущение чего-то неотвратимого гонит меня вперед.

В автобусе пишу Вадику.

И ни одного лишнего вопроса. Обожаю легкость, с которой Тит подкидывается на любую движуху.

—.– –Доезжаю до кинотеатра, тупо глядя в окно. Забываю даже про наушники, только гоняю по кругу одни и те же мысли.

В кинотеатр захожу, засунув руки в карманы и напустив на себя безразличный вид. Розовый пуховик Гольцман вижу сразу. Стоит ко мне спиной, увлеченно машет руками. Долин слушает ее с максимальным вниманием. Смеется, чуть отклонившись назад, а потом видит меня. Поджимает губы. Самодовольно хмыкаю. И решаю, что лучшая защита – это нападение. Поэтому иду прямиком к ним."

"– Привет, голубки! – выдаю якобы радостно.

Женя стремительно разворачивается и смотрит на меня. Ловлю ее взгляд с неожиданной жадностью. Пытаюсь распознать ее эмоции. На какие-то короткие мгновения мне даже кажется, что она мне рада. До тех пор, пока она не открывает рот и не огрызается:

– Мы друзья, Шмелев! Тебе ли не знать.

– Привет, – говорит мне Антон сдержанно и поворачивается к Гольцман, – пойдем захватим что-нибудь перекусить.

– Ты иди, я сейчас.

Долин быстро справляется с эмоциями, но я секу момент, когда его брови сдвигаются. Не очень он доволен тем, что Женя откровенно его сливает.

Она дожидается, когда Антон отойдет на достаточное расстояние, и шипит, раздувая ноздри:

– Что ты здесь делаешь?

Улыбаюсь, не сдержавшись. Слишком забавно она злится.