Проект по дружбе

Я пробегаю взглядом по строчкам и взволнованно спрашиваю:

– Предпоследние! Это хорошо?

– Это замечательно, – широко улыбается Антон мне и орет ребятам, – предпоследние, пацаны!

Они отзываются одобрительным гулом:

– Кайф!

– Совсем неплохо!

– А после кого?

– А мы на сцене за ними прогонялись.

– Должно быть хорошо, – резюмирует Игорь удовлетворенно.

Я в этом ни черта не понимаю, но довольна, что ребята рады. В конце концов, я уже член их команды.

Но Игорь не упускает возможности и крепко меня обнимает, отрывая от земли. Кричит:

– Предпоследними быть круто, Женька!

Я сдавленно пищу и ругаюсь. Слышу, как Долин говорит с доброй усмешкой:

– Лучше поставь на землю, Игорян, Шмелев увидит, башку тебе оторвет.

Тот ставит меня на пол и показательно отскакивает в сторону:

– Простите, миледи! Забыл, что ваш муж – худший из разбойников!

Я фыркаю и отмахиваюсь:

– Игорь, ты резко перевоплотился в Робин Гуда?

Он широко мне улыбается, но ничего не отвечает. Вместо этого лезет в рюкзак и достает бутылку коньяка:

– Давайте, парни, до игры пятнадцать минут, пора выпить.

– Я не пью, – отвечаю строго, а сама вспоминаю, как искала по шкафам мамино вино.

– Женька, это традиция, – серьезно поясняет Игорь, – а для некоторых необходимость, чтобы по физике расслабиться. Ты же не напиваешься, верно? Если прям не хочешь пить, можешь просто губами прикоснуться. Это тоже считается. Традиция же.

Я неуверенно киваю и беру из его рук бутылку. Прислоняю к губам и делаю крошечный глоток. Тут же запиваю колой, прикрывая глаза от крепости напитка. Удивительно, но мне нравится.

– Вкусно.

– Пацаны, ну она точно наша! – орет Игорь и подпрыгивает, вскидывая вверх кулак.

Я смеюсь и снова поправляю платье. Странно, но нога в разрезе как будто бы кажется мне более стройной, чем раньше.

Глава 53

ЖеняНа сцене я смотрю только на Ярика. Он сидит на втором ряду ровно по центру и не сводит с меня глаз. И из-за этого я волнуюсь гораздо больше, чем из-за самого выступления. Его нахальный и одновременно восхищенный взгляд пробивает меня такой дрожью, что, боюсь, это и из зала видно.

Наверное, именно в этот момент понимаю, что люблю его. Я и раньше знала, конечно, но боялась этого. А когда стою на сцене и вижу этот исступленный взгляд, у меня шанса не остается. Невозможно не ценить такое к себе отношение. Шмелев как будто убить за меня готов. Никто в целом мире не готов, а он – может. Именно это осознание заставляет меня влюбиться в него так сильно, что даже больно.

Поддаюсь порыву и одними губами говорю ему:

– Люблю тебя.

Ярик, конечно, не слышит, но точно понимает. Вижу это по тому, как меняется его лицо. Сначала удивленно вытягивается, а потом радостно светлеет. Он кивает и так же отвечает мне:

– И я тебя люблю.

Я расцветаю улыбкой.