Проект по дружбе

– Мне приятно, – отвечает она тихо.

Что удивительно, осмотр не прекращает. Ну да, ей же надо все делать на сто процентов и до конца. Поэтому Гольцман огибает стол, идет вдоль подоконника, бросая взгляд на улицу, переступает через какую-то мою футболку на полу. Черт, как же стыдно. Ну что ж, это я. Пусть принимает или… или что?

И тут она наклоняется, подбирает с пола тетрадь, куда я записывал свои эмоции по поводу нашего с ней проекта. Это ей точно читать не стоит. Подлетаю к Жене и выдергиваю компромат из ее рук. Прячу за спину.

– Это личное.

– Дневник? – выразительно изгибает она бровь.

Кажется, помнит мой ядовитый сарказм, когда доказывал ей, что это не мой стиль. Выходит, не обо всем можно судить вот так резко и сразу. Я сжимаю тонкую бумагу в пальцах. Умру, если она прочитает хоть слово.

Понимаю, что пауза затянулась, и выпаливаю поспешно:

– Нет!

– Как скажешь.

Женя пожимает плечами, еще раз обводит комнату взглядом. Как следователь, который только что провел обыск и хочет убедиться, что ничего не упустил. Не могу понять, о чем она думает. Мы с ней и правда очень разные. Вдруг ее это отпугнуло?

Женя возвращается к ноутбуку и спрашивает:

– Расскажешь мне? Про таргет. В общих чертах я и сама знаю, но интересно, чем именно ты занимаешься.

Она поддевает пальцем крышку. Ноут еще не «уснул», так что как раз успеваю прочитать всплывающее сообщение.

Виктория Язова: Яричек, мы в караоке собираемся с девочками! Подъедешь? Ты мне должен!

Ох. Как же не вовремя. Только недавно я бравировал тем, что мне никто не названивает, в отличие от Долина. Только я забыл, что мне обычно не звонят, а пишут. Девчонкам почему-то так проще.

– Ну что, Яричек, – голос Гольцман звенит, – поедешь?

– Жень.

– Ну, ты ведь задолжал! – она протягивает руку и открывает наш с Викой диалог.

А там все еще хуже. Жесткий флирт, обсуждение встреч, фотки.

– Женька, – зову тихо.

– Отстань.

Она дуется, а мне одновременно неловко, страшно и смешно. Гольцман ревнует! Значит, я точно ей нравлюсь. Как будто мне мало других подтверждений от нее.

Беру ее за руку и удерживаю, хотя она и пытается вырваться.

Говорю примирительно:

– Жень, это все глупости.

– Да, как же.

– Гольцман, ну же! Ну хочешь, посмотри на даты. С тех пор, как мы с тобой общаемся, никаких бабочек-однодневок не было.

– Общаемся? – ее глаза агрессивно сужаются. – И что это за общение такое, Яр?

Набегался, зверек? Добро пожаловать в капкан. Отвечай честно или будь добр умереть с честью.

Глава 36

Женя– А как, по-твоему, это называется? Я тебя с дедом познакомил."

"Кажется, он пытается юлить из последних сил. Но я не позволяю. Складываю руки на груди и говорю жестко:

– Не знаю. Яр, скажи мне сам.

– Да блин, мне что, на одно колено встать, чтобы ты поняла? – от безысходности он снова злится.