Проект Деметра

Эрлан не устоял на ногах и опустился на колено. Ему было тошно от увиденного. Подумать о том, что много лет он служил убийце и был верен общей идее, которая оказалась ложью, было невыносимо.

– Его обманули, – проскрипел.

– Как и тебя. Но это не оправдывает вас. Ложь разрослась и косила всех благодаря вам. Вы продолжили ее множить, а не остановили. И сами давно стали изгоями.

Маэр махнул рукой и Эхинох выступил на место Ристана, крутанул шар, не касаясь.

Эя увидела уже известное – убийство Тихорецкой, затем стипп, смерть Займера и деттов.

Эрлан еще ниже склонил голову и молчал. Вина давила и без вмешательства хранителей, но то, что все это видит и Эрика – убивало его.

И вдруг, из толпы выступил Табир. Девушка в первую секунду и не узнала его, так давно не видела. Мужчина встал перед кругом и вперился в лицо Хранителя:

– Я был с погибшими и могу заявить, что все они искали смерти, знали, что их ждет и пошли на это добровольно. И я с ними. Любой из Порвершей может подтвердить, связавшись с миром предков – у погибших нет претензий к светлому рода Лой. Наоборот, они благодарны ему.

Радиш замер, отстраняясь, и косился то на Маэра, то на Табира, не зная, что сказать или предпринять.

– Я, конечно, могу, – проблеял, слабо представляя себе, как будет при всех вызывать усопших и узнавать у них правду.

– Не мычи! – процедил ему в ухо Самер. – Речь идет о Лой. Давай, связывайся со своими.

Порверш замялся, но под упорными взглядами детта и Хранителя, вздохнул и уставился в сторону, выискивая открытое место, чтобы вызвать нужные души. На возвышенности, на улице за толпой первым появился Займер. Встал, сложив руки за спину и гордо, спокойно смотрел на Радиша. Затем появился Ло, последней Шоэ. И все трое вдруг улыбнулись.

– Эээ…ммм… они… улыбаются. Иии… да, претензий нет, – проблеял.

– Огник! – скривившись, выкрикнула Лала, и Самер вздохнул – ну кто ж за язык тянул? А с другой стороны, как осудишь?

– Жрец погиб случайно вместо меня, – сухо заметил Табир.

– И эта "случайность" на совести Эрлана Лой! – постановил Маэр, и махнул рукой детту – свободен. – Он множил ложь, и от нее гибли невинные!

Вейнер влетел в город, радуясь, что защита Нерса все еще воспринимает его как одного из жителей и не создает препятствий. Ночной кросс значительно вымотал его, но хоть был не напрасен. По улочкам Шах уже плелся, с трудом переставляя ноги. Дал себе передышку – умылся. И огляделся – тишина, никого. Правда Ежи шатает позади, но все равно страж не отстал.

– Отдыхай, – бросил ему и заставил себя вместо того чтобы посидеть и расслабиться хоть пять минут, двинуться на поиски своих. Он увидел собравшуюся толпу, как раз, когда Маэр оглашал следующий пункт обвинения.